Ведьма без лицензии

Я едва удерживаюсь на ногах и направляю струю в потолок, тщательно прохожусь по стенам, по стыкам стен и потолка. Мощный напор прекрасно справляется и с пылью, и с паутиной, но внизу стремительно набирается грязевое болото… Утекать воде некуда, и вскоре я, задрав подол чуть ли не до ушей, шлёпаю по щиколотку в чёрно-серой вязкой жиже. Но не останавливаюсь, тщательно мою потолок и стены, горошина уменьшается больше, чем вдвое. Я уделяю внимание столу. Только вот от удара струи одна из ножек не выдерживает и подламывается.

С образовавшимся болотом я разбираюсь без затей —  вычерпываю ночным горшком, артефакт великолепно справляется с задачей, вода исчезает в нём как в канализационном сливе. Я напускаю свежей воды, и так два раза.

Остаётся проветрить, дать высохнуть.

Я провожу пальцами по ближайшей стене —  чистая.

Первый этаж —  завтра, а сейчас отмываться самой, ужинать и спать. Поздно вечером, уже в постели, я развлекаю себя чтением сфотографированных в библиотеке книг, учу теорию зельеварения. Когда глаза начинаю закрываться, а строчки расплываться, я гашу свет, натягиваю одеяло…

Через полчаса я подскакиваю от грохота внизу.

Грохот сменяется отборной руганью, и далеко не сразу мне удаётся выцепить первую осмысленную фразу:

—  Ты куда меня завёл?!

Эм?

Неужели воры?

А у меня на лестнице гора сокровищ…

Я подхожу к двери спальни, прислушиваюсь. Рядом вроде бы никого, и я осторожно выглядываю. Отсиживаться в спальне страшно —  вдруг ворвутся? Неизвестно, что сделают. Бежать через переход в основной дом к Ирьясе лучшее, что я могу придумать.

Но всё же я медлю, потому что странно, что к ведьме так легко залезли. Или первый этаж не защищён? Учитывая, что на первом этаже когда-то могла быть лавка, предположение имеет смысл. Крадучись, я подбираюсь к лестнице. На первом этаже горит тусклый свет, и меня в темноте не должно быть видно.

В россыпи кульков и раскатившихся котелков стоит побитый, измазанный чернозёмом Ирвин, зажимает окровавленным платком лоб и заковыристо ругается.

Пхах!"

"Уж не знаю, зачем Ирвин явился, возможно, кульки свои возвращать.

Но напоролся он на сложенные один в один котелки, и естественно они на него рухнули.

—  Какое занятное зрелище, —  я зажигаю верхний яркий свет и скрещиваю руки на груди. —  Сеньор, потрудитесь объяснить, что вы делаете в моём доме.

—  Я?! Вы! —  Ирвин явно дезориентирован и вообще шокирован. Откуда в его мажорской жизни взяться вековой пылищи?

А вот Сквозя принимает мой вопрос на свой счёт.