Вечный. Книга IV (СИ)

Вечный Геля явно не хотел вступать в схватку с «сектантом». Он поджал губы.

— Я выставлю своего бойца против тебя. Если победит он, то ты отдашь нам своих баб на пару часов.

— Нет. Их вы не получите в любом случае. Даже если мне придётся перебить здесь всех.

В моей ладони появилось копье, и я тут же ударил тупым концом по камням площади, отчего по всей пещере разнёсся звук удара.

— Ты себя слишком высоко оцениваешь, — недовольно сказал Вечный.

— Проверь, — пожал я плечами.

— Победишь моего бойца, и я распущу людей по домам.

По тому, как Вечный произносил эти слова, я понял: они имеют двойное дно. Похоже, нам всё же придётся схлестнуться с пришлыми за город. И где черти носят папашу Ариэлл? А ещё я подумал о том, что неплохо бы кого-то покалечить. Причём так, чтобы вывести противника из игры хотя бы на несколько дней.

Вечный отошёл в сторону и кивнул одному из своих бойцов — невысокому парню с клинком на бедре и с жадным блеском в глазах.

— Значит, это ты здесь такой говорливый? — спросил невысокий Просветлённый, — Сейчас будем тебя переучивать."

"На провокацию я ответил лишь кривой ухмылкой и презрительным взглядом. Я и сам жаждал схватки. Как и обещала Ариэлл, Эфир поднял несколько навыков на один уровень. Мне одновременно и повезло, и нет. Первым оказался мой основной навык. Он вновь немного изменился.

Прыгать на сотни метров или километры не получится. Также немного изменился и Покров. Теперь он мог накрыть собой площадь размером с флаер. К сожалению, не грузовой. Но и так увеличение раз в пять.

— Готов? — спросил меня противник. Он достал клинок и неотрывно смотрел на меня.

— Начинай, — сказал я. Моё копьё полыхнуло чёрным пламенем.

Коротышка сорвался с места и бросился на меня. Короткий меч в его руке засветился багровым светом и стал похож на рубин.

Я дождался, когда он окажется совсем рядом со мной, и активировал Покров, а следом и Шаг сквозь тьму. Короткий миг перехода, когда все внутренности начинали бунтовать и я вываливаюсь позади противника. В отличие от него, тьма совершенно не мешала мне видеть.