Вдова его величества

А тут такое разочарование.

Из горла отца донесся хрип. Он отчаянно моргал, явно пытаясь что-то сказать. Катарине хотелось бы думать, что он просил прощения, но она слишком хорошо знала человека, от семени которого появилась на свет.

– Знаешь, а ведь он тоже рано или поздно, но рискнет повторить твой путь. И думаю, с тем же результатом. Вы так похожи, что я не удивилась бы, узнав, что Джон – твой сын. Но это не так, да? Ты не настолько безумен, чтобы допустить кровосмесительную связь. Вы просто слишком давно знакомы.

Она отступила."

"– Хочешь, я попрошу Джона, чтобы тебе выделили другие апартаменты? Скажем, с видом на сад. Или хотя бы с окнами? Я не уверена, что он прислушается, но попросить ведь можно, верно? Другое дело, что он захочет взамен. И будет ли у меня желание платить его цену.

Глава 45

Змей держался на ногах, хоть и с трудом.

– Вот скажи, почему я не должна его усыпить? – поинтересовалась Джио, щурясь. Солнечный свет окутывал ее, и короткие волосы цвета пламени слабо светились.

– Потому что я не прощу.

– Ты же меня бросаешь. – Змей засопел. – Или нет? Видишь, какой бестолковый… а главное, хрупкий. Я ему говорю, прими нормальный облик…

– Полудохлая змея ничем не лучше полудохлого же человека.

– Она красивей, – возразила Джио, уперев руки в бока. – И мы оба знаем, что в истинном обличье восстанавливаться куда легче. Или тебе просто нравится, что я дурью маюсь у постели умирающего?

Гевин осторожно распрямился:

– Так мы летим?

– Мы, – согласилась Джио. – Мы летим. А раненые нам без надобности…

– Между прочим, я королевский поверенный…

– А он дознаватель.

Кайден не вмешивался. Как-то еще отец, помнится, предупреждал, не стоит вставать между драконом и его добычей, а сейчас Джио была настроена весьма серьезно.

– Вас… дальше ворот не пустят…

– Ворота мне как-то без надобности, – она дернула обнаженным плечом. – Меня и крыша вполне устроит. А крыши там весьма удобные…

Джон снова пил.

Вино.

Он разбавлял его водой и пил. Много. Закусывал гусиным паштетом, который пальцами выковыривал из тарелки, скатывая в шарики. Шарики отправлял в рот, а пальцы вытирал о скатерть.