Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Взвился на длинном копье красный вымпел – «Стоп»! За ним сразу – зеленый – «За мной!»… По велению князя, головной струг резко свернул к левому берегу… за ним и весь флот…

Из засеки досадливо-запоздало пальнули пушки.

– А зачем мы – так? – тряхнув кудрями, недоуменно спросил Дмитрий. – Можно было бы на пристани высадиться и…"

"Вожников с усмешкой махнул рукою:

– А не слишком ли эта пристань пуста? И будь ты на месте мятежников, неужели не выставил бы на ней тяжелые дальнобойные пушки?

– Ну и выставил бы!

– И они бы выставили.

– Засада!!! – сконфуженно выпалил княжич.

– Вот именно, – Егор улыбнулся. – Ну что, высаживаемся. Всем быть начеку… проводники – вперед!

По широкому сходню князь спустился на песчаный берег – узкая кромка, а затем сразу – рвущийся к небу утес.

– Там какие-то люди, князь! – обернувшись, доложил сотник. – Вон, за деревьями.

– Вижу…

Князь вытащил из-за пояса подзорную трубу – подарок венецианского дожа – и, приложив ее к правому глазу, недоуменно хмыкнул:

– Не может быть!

Там, за деревьями гарцевал на белом коне одетый в кольчугу всадник с непокрытой головою.

– Янды-ы-ыз! – опустив трубу, закричал Вожников. – Рад, что ты жив, царевич!

Услыхав его крик, всадник вздрогнул, спешился… и исчез… почти сразу возникнув из зарослей прямо перед Егором.

– Князь Георгий! Теперь вижу – ты! А я думал, ты поведешь рать через пристань.

– Я тоже так думал. Ты с нами, славный воин?

– Нет, – отрывисто бросил Яндыз. – У тебя свои дела – у меня свои. Еще жив мой враг Джелал, коего я поклялся убить, да так и не исполнил. Да и с жирным Саид-Ахметом надобно поквитаться тоже.

– Так и поквитался бы.

– Они уйдут от вас. Они хитры, как шакалы. Исчезнут, как только почувствуют, что запахло жареным. А я найду их. И убью.