Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

 – Как там брате? Осилит, выстоит ли?

Родной брат его, молодой княжич Василий, был оставлен Егором в Булгаре в качестве верховного командующего, ну и так – для пригляда за хитрым Исмаилом-мирзой. Оставлен, конечно, не один – какой от подростка толк? – с советниками, с воеводами. Они и решали все, княжич же оставался за главного – так принято было, так Исмаилу-мирзе и булгарам его приказам подчиняться не зазорно – все ж таки не какой-нибудь там воевода, а князь!

Струги княжеской рати неслышно обогнули мыс и…

У стен древней крепости и впрямь шла хорошая заварушка – тут нечего было и гадать! Чадя черным дымом, догорали ворота и башни.

"– А ведь город-то они возьмут, – надвинув на лоб шлем, воевода тут же поправился: – То есть взяли бы, кабы не мы. Прикажешь наступать, государь?

– Прикажу!

Обернувшись, князь махнул рукой трубачам и, опустив на лицо сверкающее золоченое забрало – личину, вытащил тяжелую саблю.

Затрубили трубы, загрохотали боевые барабаны, ударили пушки – внезапно метнувшаяся из-за мыса судовая императорская рать атаковала инсургентов с ходу, сразу же разнеся в щепки десяток вражеских ладей точными попаданиями ядер.

Нарушившие присягу хлыновцы пришли в замешательство – такого поворота событий они явно не ожидали.

– Что?! – махнув саблей, захохотал княжич Димитрий. – Думали, уйдет государь к Сараю, а вы тут все пограбастаете? Как бы не так! А Вася-то не сдался еще.

Словно привидевшиеся в страшном сне призраки, щетинясь копьями и жерлами пушек, корабли великого князя вынырнули из густо-зеленых клубов порохового дымах, врезаясь, тараня, топя приземистые разбойничьи ушкуи! С высоких бортов стругов прыгали ратники, завязалась рукопашная битва – со звоном клинков, с воплями, проклятиями и кровью.