Ваш ход, миссис Норидж

Она знала, что он внутри, живой, и что может найтись смельчак, который полезет за ним в огонь. Если на то пошло, она и сама могла бы его вытащить, да только не захотела. Вот за что я не люблю Луизу Дженкинс, мэм. Обгорелое тело Тома нашли, когда от аптеки ничего не осталось. Он лежал на полу посреди своей комнаты. Луиза поклялась, что слышала шаги отца и была уверена, что он успел спастись… Ей все поверили.

– Все, кроме вас.

– Да нет, кое-какие разговорчики ходили. Но к этому времени Луизу приютила у себя леди Бассет, а наживать себе такого врага дураков не нашлось!"

"Вечером миссис Норидж вновь сидела напротив Аделизы Бассет.

Первые две игры Дженкинс было позволено присутствовать. Но затем Аделиза изгнала ее из комнаты в своей обычной резкой манере.

– Отчего вы к ней так строги? – спросила миссис Норидж.

– Она это заслужила, – отрезала старуха.

Гувернантка задумчиво взглянула на нее.

Вопреки первому впечатлению, она обнаружила, что хозяйка поместья не деспотична со слугами и не жестока. Днем миссис Норидж успела спуститься в подвал и отметила, что кухня оборудована огромной газовой плитой. Гувернантка не удивилась бы, обнаружив, что в Дастанвиле до сих пор готовят на очаге. Но плита! Да еще такая современная! Определенно, леди Бассет заботилась о прислуге.

Миссис Норидж ни разу не слышала, чтобы она повысила голос на нерасторопную служанку.

Тем удивительнее было, что Аделиза третирует несчастную приживалку.

Могла ли дочь аптекаря спасти от пожара кое-какие лекарства? Наверняка. Но сохранили ли они свое действие столько лет спустя?

«Боюсь, мне все-таки придется написать доктору Хэддоку».

– О чем вы задумались, миссис Норидж? – спросила Аделиза.

Гувернантка не сочла нужным скрывать правду.

– О вашем отношении к Дженкинс, леди Бассет.

– Вот как! «Не отказывай в благодеянии нуждающемуся, когда твоя рука в силе сделать его». Книга Притчей Соломоновых, глава третья, стих двадцать седьмой.

– Боюсь, вы неверно меня поняли, – сказала миссис Норидж, сделав ход. – «Не замышляй против ближнего твоего зла, когда он без опасения живет с тобою».

Леди Бассет от души рассмеялась.