Ваш ход, миссис Норидж

Вместо того чтобы пройти в комнаты, Миллисент спустилась в подвал, миновала кухню и остановилась возле низкой, в половину человеческого роста, двери. На сундуке возле нее стояла керосиновая лампа. Миллисент зажгла ее и сняла ключ, висевший на гвозде.

– Пригнитесь, миссис Норидж. И осторожнее, там очень пыльно.

Вниз вела каменная лестница, неожиданно широкая; по обеим сторонам миссис Норидж разглядела проржавевшие скобы для факелов. Спускаясь за Миллисент, гувернантка поняла, откуда взялась липкая пыль на блузке ее бывшей подопечной.

Они завернули за угол, и глазам миссис Норидж открылось круглое помещение с очень высоким потолком в виде купола; внутри не было ничего, не считая лампы на полу и огромной ржавой петли в каменной стене напротив, сквозь которую была продета цепь.

Под петлей сидел человек. Половина его лица имела фиолетово-багровый оттенок, а вторая была так искажена от злобы, что миссис Норидж не сразу поняла, что перед ней сам мистер Фейн.

Но главное – руки! Запястья Гэвина Фейна были прочно скованы огромными, устрашающими на вид наручниками.

Миллисент сделала знак, чтобы гувернантка не выдавала своего присутствия. Она поставила новую лампу, забрала старую, и обе женщины так же молча поднялись наверх под яростное мычание прикованного мистера Фейна.

Два скрипучих оборота ключа в замке верхней двери – и Миллисент повернула к миссис Норидж бледное лицо."

"– Что ж, вы показали мне то, что собирались, – сказала та, сохраняя свое неизменное хладнокровие. – Теперь, если не возражаете, давайте поищем, где у хозяев хранится молоко.

Миллисент слабо улыбнулась.

– Кое-что не меняется, да, миссис Норидж? Пожалуйста, согрейте и мне молока. Как в детстве.

Когда молодая женщина села напротив, гувернантка поставила перед ней чашку.

– А теперь расскажите все с самого начала, моя дорогая.

Миллисент помолчала, собираясь с мыслями.

– Несколько дней назад произошло кое-что странное, – сказала она наконец. – Я собиралась выйти утром на прогулку, но у двери вспомнила, что забыла перчатки. Мне не хотелось звать горничную – она двигается медленнее черепахи, и я поднялась наверх сама. Гэвин стоял возле распахнутой шкатулки с драгоценностями и рылся в них.