Варвара-краса и Тёмный властелин

И, судя по тому, как тяжело дышала блондинка с разумом Сандрлера, он тоже исследовал все потаенные местечки моего тела и изучил его так, как я никогда и не пыталась.

Потом мы отдыхали, прямо так, не одевшись, и смотрели друг на друга. И что самое поразительное, ни он, ни я не испытывали смущения. Не знаю, это вроде бы противоестественно и странно, но было ощущение, что так правильно. Если не с ним, то с кем же?

С той незабываемой ночи наши встречи приобрели совсем иной окрас. Мы по-прежнему много разговаривали, но всё это было словно прелюдией к тому, чего мы оба ждали и предвкушали… И, черт побери! Я сама никогда в жизни не решилась бы на столь откровенные действия со своим родным телом.

А мужское тело, в котором я обитала, реагировало на мое желание (а я хотела Сандрлера, невероятно хотела!) весьма недвусмысленно.

Как-то незаметно миновало почти полгода с той ночи, как нас поменяло телами. Всего полгода, целых полгода… Так много всего поменялось в жизни. А еще я отчаянно влюбилась. И это было самым ужасным, потому что я сходила с ума по мужчине, разум которого обитал в моем теле, а я занимала его организм.

Шел июнь на земле, а здесь он назывался – разноцвет. Приближался день летнего солнцестояния. И вот тогда будет ровно шесть месяцев со дня нашего перемещения.

Светлые прижились окончательно. Я как-то за нашими вечерними посиделками спросила, не желают ли они вернуться на свои земли. Мол, поспособствую. Вещи в дорогу выдам, до границ моих территорий их сопроводят, а дальше уже сами.

– Мы так мешаем тебе, Темный Властелин? – расстроилась Талиссия и глянула на Диэглира.

– Ты хочешь нас выгнать? Но мы же ничем не мешаем! Я не хочу обратно! – выкрикнула Инга и вдруг неожиданно для всех разрыдалась.

Максар бросился ее утешать, но к Инге присоединилась и Тася. Тоже расплакалась, и уже Диэглиру пришлось успокаивать дриаду. Гномы огорченно уставились в свои кружки, не глядя на меня. И только командир светлых решился прямо спросить:

– Темный Властелин, а это обязательно? Ну… уезжать нам? Я бы хотел остаться, – проговорил Амрилир.