Варвар для особых поручений

Кивнув, кормчий ткнул пальцем в сторону носа и, выставив ещё два пальца, с усмешкой изобразил целую пантомиму. Сообразив, что поджигателей встречают воины с луками, Вадим одобрительно кивнул, погладив пальцем лезвие секиры.

Всё было ясно без слов. Портовые стратеги, не мудрствуя лукаво, решили поджечь корабль спереди, чтобы отвлечь экипаж на тушение пожара. Остальные должны были, воспользовавшись суматохой, проникнуть в трюм и извлечь из него всё, что успеют. Назвать этот план гениальным было нельзя.

Но и требовать от портового отребья особых изысков тоже было глупо.

Больше всего Вадима бесил тот факт, что эти отбросы осмелились не верить их словам. Хотя сразу было понятно, что они не собираются ничего продавать. Даже то, что экипаж не сходил на берег, говорило само за себя. Плюнув на все несоответствия, Вадим осторожно переместился так, чтобы в любой момент иметь возможность вскочить на ноги, и замер.

На носу раздался давно уже знакомый скрип лука, и в ту же минуту что-то тихо стукнуло о борт корабля за кормой.

Усмехнувшись, Вадим удовлетворённо кивнул и, покосившись на кормчего, вопросительно выгнул бровь. Понимая, что именно он хочет спросить, Юрген отрицательно покачал головой. Им нужно было, чтобы грабители поднялись на борт. Нападать на жителей империи без видимых причин, даже если это уличные бродяги, было чревато долгими разборами.

Словно в ответ на мысли Вадима, над бортом показалась голова. Окинув уложенные на палубе и банках мешки, накрытые плащами, голова отвернулась и, что-то тихо прошипев, скрылась.

Ещё через полминуты на борт медленно, соблюдая все меры предосторожности, начали подниматься люди. Вода за бортом отразила сполохи сразу нескольких факелов, и в ночной тишине звонко хлопнула тетива лука."

"Одновременно с этим на ноги взмыли и сидевшие в засаде воины. Акваторию порта огласили звон стали и предсмертные хрипы. Северяне не знали пощады, вырезая всех, кто осмелился подняться на борт драккара.

Взмыв из-за банки, Вадим одним ударом снёс голову ближайшему бандиту и, тут же развернув лезвие, обратным взмахом отсёк руку с кинжалом второму.

Наука Рольфа не прошла даром. Он научился орудовать тяжёлым оружием так, что любой удар становился опасным, неся если не смерть, то увечье точно. На носу раз за разом хлопали тугие луки, посылая в цель стрелы с широкими боевыми наконечниками. Вся схватка заняла не больше трёх минут.