Варлок #5 - Исход

И всё-таки мне чего-то не хватало, и я чувствовал это. Вчера долго думал над этой задачкой, вот только умных мыслей в голове как-то не появлялось. Зато я вдруг споткнулся об один интересный побочный вопрос: «А как, собственно, так получилось, что я стал обладателем именно “Антиматерии”? Откуда она, собственно, у меня взялась?»

Ведь родился я довольно сильным одарённым магом с, можно сказать, серебряной ложкой во рту и ярко выраженным аспектом именно «Воды»! Так куда он делся после той чудовищной операции, которую провёл на мне дед? С одной стороны – ещё не бывало такого, чтобы один аспект полностью заменился другим.

Ну или как минимум я о подобном не слышал. С другой стороны, водная стихия – это, в общем-то, тоже часть материального мира, но ведь прямых линий с аспектом «Материя» у неё нет. Это стихийное проявление, которое относится то ли ко второй – «оранжевой» чакре «Свадхистхане», то ли к шестой «синей» «Аджне». Конкретней сказать сложно, ибо прямого влияния так и не было доказано, оставаясь околонаучно-философским предметом для диспутов.

Но чисто теоретически: «Каждый Охотник Желает Знать Где Сидит Фазан»! Семь чакр – семь цветов, семь концептуально базисных стихийных аспектов, на которых строится их дальнейшее разнообразие. Четыре стихийных – земля, огонь, вода, воздух. Две энергетических – звук и свет, и одна метафизическая – собственно, сверхредкая «фиолетовая» «Метамагия». Правда, на предрасположенность к аспекту у ребёнка при появлении на свет наличие конкретной открытой чакры никак не влияет, потому как у зародыша вообще только одна – самая нижняя.

В любом случае «Материя», как прямая ниточка к «Антиматерии», на мой взгляд, должна быть какой-то случайной и очень сложной мутацией всех четырёх стихийных аспектов и как минимум одного энергетического – света. В общем, всё очень сложно, и даже если бы я озаботился ранее, чтобы узнать, а что собственно дед со мной сделал, то вряд ли бы смог бы додуматься, как «Вода» превратилась в «Антиматерию».

Уж слишком в глубоких дебрях магической науки лежит этот вопрос, чтобы недоучка типа меня его расколол. Но ничего не мешает по возвращению потрясти Серафима – уж ректор-то, видный теоретик и не менее опытный практик, наверняка имеет если не точный ответ, то хотя бы стройную теорию о подобном переходе."

"А так – мне оставалось только временно отбросить этот вопрос и сосредоточиться на том, что я не любил больше всего. На известных мне практиках медитации.