Варвар

− Продолжай, − велел эштарец, оказавшись совсем близко.

Вилия выдохнула, не совсем понимая, чего он от нее ждет, и решила по-настоящему извиниться.

− Я не должна была говорить всего того, что произнесла днем. Это неблагодарно с моей стороны, но я действительно не привыкла…

Договорить она не смогла, потому что Энрар внезапно схватил ее за руку и резко дернул на себя. Вторая рука мужчины впилась в подбородок женщины, чтобы заставить ее поднять голову. Эштарец хотел видеть глаза той, что так нагло ему врала.

− Правду говорят в Эштаре: за витиеватыми фразами проще прятать ложь, − прошипел он сквозь зубы и оттолкнул Вилию.

От неожиданности женщина оступилась и упала на пол. Не зная, чего ждать, она тут же отползла от мужчины подальше, не отводя от него перепуганных глаз.

− Вот что тебе не так?! – спросил Энрар. – Рожей я тебе не вышел? Или родом?"

"Вилия сглотнула, не понимая, к чему он клонит, но мужчина со звериным оскалом двинулся на нее. В черных глазах блестело какое-то безумие, от которого у Вилии задрожали колени.

− Не надо, − прошептала она, пытаясь отползти, но эштарец внезапно подхватил ее и тут же поставил на ноги.

Глядя прямо в глаза, он просто молчал, выискивая что-то в женском взгляде. Вилия же просто дрожала, едва дыша в тисках крепких рук, сжимавших ее плечи.

− Может быть, я просто сын солдата и кухарки, но не держи меня за дурака, дочь барона, − прорычал Энрар, не отводя от нее глаз.

Вилия только выдохнула, не зная, что теперь делать. Не понимая, как и что именно узнал эштарец, она не могла озвучить свой ответ и только смотрела в черные глаза. Взгляд эштарца скользнул по ее лицу и замер на губах. Впервые в жизни Энрар смотрел на женские губы и испытывал странное желание прикоснуться к ним своими губами. Этот внезапный порыв оказался настолько сильным, что мужчина не выдержал и, закрыв глаза, приблизился к Вилии. Ее губы, подрагивающие от волнения, мягкие и распахнутые, обожгли обветренные губы воина.

Энрар тут же отпрянул, не понимая, что он собирался сделать. Никогда прежде он не целовал женщин и о поцелуях ровным счетом ничего не знал. Для него женские губы в отношениях с мужчиной существовали только для того, чтобы плотнее сжимать член. Внезапное желание, охватившее его сейчас, никак не вписывалось в мироощущение мужчины, потому он только смотрел на Вилию, невольно хмурясь.