Варвар

Энрар только выдохнул.

− Я злюсь на того мальчишку, − прошептал он, тут же отступая. – Давай лучше спать.

Ему казалось это самой правильной идеей. Ощущение неловкости перед женщиной его раздражало, а мелькнувший на мгновение страх, что она может просто уйти, разозлил. Это напомнило ему первое ранение. Пустяковое, по заверению врача, но рана на спине противно ныла и мешала дышать. Лучшим спасением от этой боли был сон. Если он помогал тогда, то он должен был помочь и теперь, только сердце предательски разгонялось, стоило приблизиться к кровати.

Вилия не возразила. Она действительно боялась, что Энрар всё еще злится. Предложение Кэрола, конечно, казалось ей заманчивым, но было очевидно, что мальчишка не сможет дать ей и брату той защиты, которую обещал Энрар. Она первой шагнула к кровати. Развязав все завязочки, позволила платью просто соскользнуть с плеч и в одном тоненьком нижнем платье скользнула под легкое покрывало. Взгляд мужчины она по-прежнему чувствовала кожей. Он почти обжигал, потому, прикрывая обнаженное плечико мягкой тканью, она не удивилась, ощутив мужские руки на своем теле.

Не раздеваясь, Энрар погладил спинку своей женщине, а потом просто перевернул ее на живот, чтобы помять немного округлые ягодицы и улечься на них, словно на подушку. Вытянувшись поперек кровати, мужчина просто закрыл глаза, улыбаясь. Его настроение сразу изменилось, и он решился заговорить о том, что волновало его с самого начала.

− Как ты относишься к браку? – спросил он уверенно.

Вилия не ответила, но сразу вся сжалась и попыталась перевернуться. Уловив это движение, мужчина приподнялся и посмотрел на женщину.

− Зачем вы это спрашиваете? – почти испуганно спросила Вилия, поворачиваясь на бок и натягивая покрывало на нос.

− Я хочу, чтобы ты была моей женой, − внезапно заявил Энрар, нахмурившись.

Вилия замерла, перестала дышать, не понимая: предложение это или угроза, а главное – что это значит для мужчины рядом.

Ее молчание взволновало Энрара, но он всё равно озвучил вопрос, не желая отступать:

− Ты согласна быть моей женой и матерью моих детей?"

"Говоря это серьезно и строго, он внимательно всматривался в глаза женщины, потому сразу заметил, как дрогнули ее ресницы, как она всем телом попыталась отстраниться и тут же испуганно выдохнула свой ответ:

− Нет…

Ее собственный сдавленный голос напугал ее саму так же, как и этот ответ.