В руках насильников. Попробуй выжить!

Неужели, я реально, больше никогда-никогда не увижу этого человека? Неужели, он настолько глуп, что не понимает, что мои чувства к нему настоящие и искренние!

– Ты никогда не ценил, что я для тебя делала! А я выкладывалась, не жалея сил! – с горечью бросаю я на прощанье свои обиды, лежащему в глубоком отрубе, Владиславу.

Сажусь на колени и целую на прощанье его в губы. Я не буду отрезать ему член. Я верю, что Владислав научится правильно им распоряжаться и будет о нем заботиться. А возможно, когда-нибудь, Владислав одумается и позовет меня обратно и мы, все-таки будем с ним вместе.

Продолжаю целовать его и с горечью осознаю, что он не дышит. Прислушиваюсь, реально не дышит!

– Нет, – в панике ложусь на него и прислушиваюсь к его сердцу. Не бьется!

– Нет, нет, нет! Этого не может быть! Милый, очнись! – начинаю судорожно бить его пол лицу и отвязывать. Все бесполезно. Он не шевелиться.

– Я… убила его… Я убила его! Нет! – в ужасе кричу я, – Как это могло произойти?!

– Мама, успокойся! Все хорошо! – успокаивает меня малыш, беря меня за руку.

– Милый, я убила твоего папу, боже мой, что же я наделала! Как же это вышло?! Не понимаю… Снова ложусь на него сверху и пытаюсь прислушаться. Но все безрезультатно.

– Мама, пойдем скорее! – зовет меня малыш и я растерянно поднимаюсь и беру в руки сумку.

– Но мы же не можем оставить его здесь, вот так? – пытаюсь остановиться и осознать, что же конкретно произошло. Почему он умер?

– Он нас догонит! – улыбается сын, – Доверься судьбе, все сложится хорошо!

Иду в светлое будущее

Совершенно потерянная, я выхожу из кабинета и плетусь из больницы, постоянно оглядываясь.

Черт, а ведь мы бы могли быть с ним великолепной парой! И я бы сделала его самым счастливым человеком на земле!

Малыш уверенно ведет меня за руку, а я просто передвигаю ногами, пытаясь разглядеть дорогу и не упасть.

– Какие же вы быстрые! – слышу я знакомый до боли голос и оборачиваюсь.

Перед нами стоит Владислав и улыбается:

– Я еле догнал вас!

– Но, как… – пытаюсь понять, но еще больше запутываюсь. Владислав обнимает меня и целует.

– Я все осознал и понял, что мне никто не нужен, кроме тебя и нашего сына! – он протягивает руку ребенку и мы идем уже, все вместе, вдоль дороги.