В руках насильников. Попробуй выжить!

– Милый, не переживай, я больше никому не позволю бить себя, и тебя не дам больше в обиду, – я спускаюсь вниз и снова подбираю, тот самый булыжник, которым я приложила этого мерзавца и несколько раз бью Михаила по голове, чтобы вырубить его, уже наверняка.

Затем мы с малышом идем к тому месту, где Михаил оставил сумку с интересными предметами, попутно по дороге, мы подбираем веревку. Вместе мы возвращаемся к нашему мучителю и я спускаюсь к нему в ямку.

В сумке я нахожу много интересного, кое-как мне удалось разобраться, как работают наручники, и с не меньшим трудом, мне удается перевернуть этого борова, чтобы закрепить его руки за спиной.

Веревкой я связываю его ноги. Малыш охотно помогает мне во всем и я с радостью наблюдаю, какой у меня растет защитник! Итак, мучитель обезврежен. В сумке я нахожу ножи, ножницы и всевозможные щипцы. Что он хотел делать с этим?

Ножницами я аккуратно разрезаю его штаны и трусы.

– Мама, что ты хочешь сделать? – удивленно спрашивает ребенок.

– Милый, иди поиграй на полянке, маме надо заняться взрослым делом.

– Хорошо, – отвечает он и уходит, а я продолжаю разглядывать член Михаила и особенно меня интересуют его яйца…

Наклоняюсь и нюхаю их. Запах не приятный… касаюсь языком и провожу по ним.

Михаил приходит в себя и начинает стонать. Потом он замечает меня и кричит:

– Ах ты, тварина! Развяжи меня немедленно! Что ты делаешь?

Я продолжаю лизать его яички, не обращая на него внимания. Но когда он сильно трепыхается, я теряю терпение:

– Ну, чего ты орешь? Ребёнка напугаешь!

– Что ты делаешь? Ты в своём уме? – с ужасом кричит Михаил, – Развяжи меня, немедленно!

– Я делаю то, что ты давно хотел, ласкать тебя языком, и если ты будешь хорошим и спокойно полежишь, то я сделаю тебе прощальный минет, ты ведь этого хочешь? Все вы хотите только одного! – я старательно принялась ласкать его член, продолжая заглатывать яйца.

То ли от страха, то ли от холода, яички Михаила сильно сжались и его член не отзывается на мои ласки. Он висит, словно сосиска, пока мужчина всеми силами пытается трепыхаться и освободить себя.