В поисках любви

Они не случайно придуманы…

– Так чего же вы опасаетесь, мисс Уайтфилд? Ах да, вы полагаете, что я могу вас изнасиловать! Уверяю вас, у меня и в мыслях не было этого!

И он выразительно посмотрел на нее, давая понять, что она недостойна насилия. Эмме внезапно представилось, как красивые смуглые руки Александра Кингстона скользят по ее белому телу. Она невольно вздрогнула, что не прошло мимо внимания ее спутника.

– Не смешите меня, мадам! – прорычал он. – Мне никогда еще не приходилось навязывать женщинам свою любовь, и сомневаюсь, что придется в будущем.

Меня нисколько не влечет к женщинам, которым я неинтересен. Смею вас уверить, отвращение, которое вы испытываете ко мне, вызывает во мне ответное чувство!

У Эммы вспыхнули щеки. Сакарам стоял у двери купе и внимал каждому слову, что делало ситуацию еще более неприятной. Не зная, куда деться от смущения, Эмма неожиданно для себя поняла, что Александр Кингстон вовсе не оказывает на нее отталкивающего действия. От одной мысли о прикосновении его рук к ее обнаженному телу ее охватило необъяснимое волнение.

Ничего подобного она никогда прежде не испытывала и была напугана до самой глубины своей неиспорченной души.

– Пожалуйста, пошлите за Тулси, – нашла она силы произнести нетвердым голосом. – Теперь она должна будет постоянно оставаться с нами, в противном случае вам, если вы, конечно, джентльмен, придется покинуть это купе.

Во взгляде Кингстона читался вызов.

– Слухи, дошедшие до вас, мисс Уайтфилд, нисколько не грешат против истины.

Я – не джентльмен и не собираюсь ночевать в одном купе с немытыми паттах-валлах только ради того, чтобы вы не испытывали необоснованных страхов насчет моих поползновений. Если мое слово ничего для вас не значит, то вам самой придется искать себе другое место для ночлега, что будет нелегко, так как поезд переполнен.

Эмма не дала себя запугать:"

"– Присутствие Тулси обеспечит мне необходимую безопасность.

– Сакарам! Приведи Тулси и будь добр постелить еще одну постель.

Не можем же мы допустить, чтобы наша драгоценная няня всю ночь дрожала от страха за свою добродетель! Вас не слишком покоробит, если я сниму жилет, мадам?

Его тон был теперь настолько едок, что она с сожалением вспомнила его прежний изящный юмор.

– Вы можете снять жилет, сэр, а я сниму топи. Так нам обоим будет удобнее.

– Очень надеюсь, что вы не храпите, – грубо бросил он. – Я сплю чутко.

Эмма тоже надеялась на это. Захрапев, она бы вконец опозорилась.