В поисках любви

 – Мы только оттягиваем неизбежную развязку. Сегодня я созову немногих друзей, которым это небезразлично, чтобы оповестить их, что он умирает. К тому времени, когда они соберутся, его уже не станет. Но мы по крайней мере сможем похоронить его до начала дождей.

Каждое его слово было как удар для Эммы. Она ни за что не хотела примириться даже с мыслью о смерти Сикандера. Она хотела бороться за его жизнь до последней минуты.

– Сдаетесь? Вы, его лучший друг, отворачиваетесь от него?

Ее пронзительный голос мог, казалось, поднять мертвого из могилы, но Сикандер не шелохнулся.

"– Поймите, мэм-саиб, моего господина уже нет с нами. Здесь лежит всего лишь его тень. Скоро отойдет и она. Пора подумать о живых. Надо вызвать махараджу Гвалияра, Сайяджи Сингха, Сантамани – его тетку, которая, надеюсь, по-прежнему его любит. Придется оповестить и набобзаду Бхопала, иначе он будет недоволен, что его не поставили в известность.

– Только не его! Он или его советники, возможно, виноваты в случившемся. Или это Хидерхан?

– Боюсь, тут вы правы, мэм-саиб. Потому я и вызываю Сантамани, мать Хидерхана. Пора ей понять, на какие подлости способен ее сынок. Я никогда не прощу себе, что уговорил Сикандера принять людей Хидерхана, большинство которых стали теперь вашими слугами. Я не думал, что кто-то из них способен на убийство. Тем не менее оно совершено. Когда моего господина не станет, я узнаю имя убийцы и покараю негодяя.

– Перестаньте говорить так, будто Сикандера уже нет в живых! Он еще дышит, его сердце еще бьется, и пока мы будем продолжать его кормить…

– Нет, мэм-саиб. Это безнадежно. Я больше в этом не участвую. – Сикандер не одобрил бы наши усилия поддерживать эту… скорлупу. Прошу и вас остановиться. Сидите и держите его за руку, если вам так хочется, но не продлевайте его страдания едой и питьем. Уверяю вас, ему этого не нужно, раз его дух уже отлетел.

– Я не могу отступиться. – Эмма приподняла голову Сикандера и подперла ему затылок рукой. – Сегодня всего лишь третий день. Рано отчаиваться!

– Посмотрите на него, мэм-саиб, внимательно посмотрите. На нем уже стоит печать смерти. Видите, как он бледен, как неподвижен, как ослабел за три коротких дня? Кожа уже обтягивает кости, мышцы одрябли. Даже если он оживет, будет ли он прежним? Вспомнит ли, кто он такой? Кто такие мы? Я знаю своего господина, мэм-саиб.