В поисках любви

Она уже собиралась вернуться в дом, когда мимо нее прошел слуга, неся широкую доску, похожую на крышку стола. Эмма приказала ему остановиться и положить ношу на землю. Нагнувшись, она увидела зеленые буквы, сложившиеся в одно слово: Уайлдвуд.

Второй раз в жизни она была близка к обмороку. Ей потребовалось огромное усилие, чтобы устоять на ногах. Выходит, она нашла свой Уайлдвуд, наследство, то самое место, где ее мать скрывалась с майором Иеном Кастлтоном и где была зачата она сама!

Теперь понятно, почему она почувствовала здесь себя как дома, едва увидела это проглоченное джунглями жилище! Даже огромное количество змей не смогло ее отпугнуть.

Наверное, эти желтые розы были посажены ее матерью; недаром, проходя через спальню, она почуяла запах любимых материнских духов! Тогда она решила, что принимает желаемое за действительное, потому что запах дыма перебивал любую парфюмерию, а к тому же здесь не пользовались духами как минимум лет тридцать; однако сердце не обманешь! Она с самого начала почувствовала, что попала домой, в Уайлдвуд.

Эмма подняла драгоценную доску с надписью. Старая и полусгнившая, она почти ничего не весила, и Эмма положила ее в повозку, собираясь захватить ее с собой в Парадайз-Вью.

Подъезжая к дому, она поняла, что гости прибыли. Все вокруг пришло в движение. Слуги суетились, бегая перед домом. Не успела Эмма остановить повозку, как к ней подбежал Сакарам:

– Мэм-саиб! Как хорошо, что вы вернулись! Саиб и гости уже здесь. К нам пожаловали важный британский чиновник и набобзада Бхопала.

Скорее переодевайтесь в более подходящее платье! Простите, мэм-саиб, но что с вами? У вас такие грязные руки и лицо!.. Что это вы держите в руках?

Эмма прижала к груди бесценное свидетельство своей находки.

– Не беспокойтесь, Сакарам, вас это не касается. Где саиб? Я должна немедленно его видеть.

– В одной из комнат – вы называете ее приемной. С ним гости. Вам надо сначала переодеться, мэм-саиб. Я позабочусь о напитках. Саиб о вас спрашивал и был крайне раздосадован, узнав, что вы расчищаете старое бунгало.

– Несите господину напитки, а обо мне не тревожьтесь. Эмма устремилась к приемной. Сейчас ее не заботили ни собственная внешность, ни гости Сикандера. Ей куда важнее было выяснить, знал ли Сикандер все это время, что эта земля и есть Уайлдвуд, ее наследственное владение. Уж не потому ли он водил ее за нос, что украл Уайлдвуд и теперь боялся, как бы она не отняла у него свою законную собственность?

Она шла по дому как во сне.