В поисках любви

Молоденькой ее уже не назовешь, хотя он все равно на несколько лет старше ее.

– Теперь понятно, почему я не слышал об Уайлдвуде, – опять соврал Алекс. – Ведь его больше не существует. После восстания почти все земли в тех краях перешли к старой бегуме Бхопала, которая распорядилась ими по собственному усмотрению.

«А я скупил их столько, сколько мог себе позволить и на сколько смог ее уговорить, прежде чем она скончалась. Так стал моим и ваш Уайлдвуд».

Он никому не рассказывал о том, что получил обширные земли за мизерную цену, пообещав, что набоб, сын старой бегумы, будет получать пятнадцать процентов дохода от продажи древесины.

В случае появления впоследствии законных претендентов с ними надлежало вести дела по справедливости. Алекс даже подписал соглашение, по которому брал обязательство при появлении законного претендента уступить спорный участок и возместить прибыль, образовавшуюся благодаря порубке леса. Сделка с самого начала была рискованной, однако желание нажить состояние перевесило риск. С тех пор дела Алекса пошли в гору, и теперь он не собирался делиться своими богатствами с мисс Эммой Уайтфилд, независимо от обоснованности ее претензий.

Надо же! Появиться как из-под земли через столько лет и размахивать загадочным документом, достоверность которого еще надо доказать! Алекс слышал о подобных ситуациях, когда земли, перераспределенные после восстания, становились объектами схваток, но все это происходило спустя считанные годы после прекращения волнений, а не по прошествии двадцати с лишним лет! Ведь он владел землями Уайлдвуда уже больше десяти лет.

– Искренне сожалею, мисс Уайтфилд, но места под названием Уайлдвуд в тех краях не существует. Ваша карта недостоверна, подобно многим картам Индии, составленным в те времена. В стране сохранились места, которые до сих пор еще только предстоит исследовать. Неужели никто не предупредил вас об этом, прежде чем вы отправились в столь длительное путешествие на поиски столь сомнительного наследства?

– Н… нет, – пролепетала она.

Но несмотря на растерянный тон, ее зеленые глаза опасно поблескивали. – Я исходила из того, что карте и бумаге можно верить. Того, что я слышу от вас, мне никто не говорил. Кто эта бегума? Не могу ли я отправиться к ней со своим документом? Может быть, она вспомнит…

– Сомневаюсь. Теперешний набобзада, сын набоба – наследника бегумы, совсем юн. Я хорошо с ним знаком. Это еще ребенок, плохо посвященный в дела отца и бабки.