В плену. И после. История одного эльфа

Со вздохом он вернулся в гостевую спальню и вытянулся на кровати поверх одеяла.

Весь день он провел в своей комнате, избегая встречаться с навязанной супругой, а вечером его навестил Эвер.

Ну как вечером. Когда он пришел, часы показывали без четверти шесть, за окнами еще не стемнело и на городских улицах было довольно людно. Эвер в белой тунике, в бежевом долгополом плаще стоял на пороге дома Грид и держал в руках маленькую плетеную корзинку с ягодами. Надо же, не забыл эльфийские традиции!

При виде бывшего товарища, такого спокойного, уверенного в себе, Фай, к собственному стыду, ощутил укол зависти.

— Рад тебя видеть, — улыбнулся гость мягко и тепло. — А еще больше я рад, что ты нашел в себе силы не цепляться за прошлое. В Троелевство таким, как мы, путь заказан.

— Твоя жена меня женила, — проворчал Фай вместо приветствия и впустил Эвера в дом.

— Инни — большая затейница, — ответил гость, ни капли не удивленный.

Знал! Этот засранец прекрасно знал, что учудила его благоверная, и говорил о ее поступке с возмутительным спокойствием.

— Инни? Ты зовешь свое ручное чудовище Инни?

— Инни не чудовище. Она самая милая и добрая женщина на свете.

— Монстр, от которого лучше держаться подальше.

— Перестань, — строго сказал Эвер.

— Она меня женила! — негодуя, повторил Фай. — На первой встречной! На грубоватой девице, от которой у меня дергается глаз.

— То мороз у тебя по коже от женщин, то глаз дергается, — засмеялся Эвер. — Так может, не в женщинах дело, а в тебе?

Возмущенный Фай уже открыл рот для гневной отповеди, как вдруг по лестнице в гостиную спустилась Грид. Выглядела она заспанной и помятой, словно все время, что они не виделись, провалялась в постели.

— Добрый вечер, — поприветствовал ее Эвер с той же мягкой улыбкой, что и пару минут назад — Фая. Его безмятежный вид начинал порядком бесить. Неприлично, в конце концов, казаться таким счастливым и довольным жизнью, когда окружающие страдают. У Фая тут, понимаешь ли, личная трагедия, а он лыбится, на нервы ему действует.

— Для кого — добрый, а для кого — не очень, — отозвалась Грид, стрельнув глазами в сторону мужа, и поспешила скрыться за дверью кухни.