В объятиях тьмы

В любом случае, если мы вмешаемся, дело может только осложниться.

— Как ни печально, я вынужден согласиться.

— Лимузины направлялись на юг. Очень большие и черные. — Он скорчил рожу. — Угадай, что такое — черное и внутри вампиры?

Данте пристально взглянул на него:

— Есть план?

— Полечу за ними, узнаю, куда они направляются, и вернусь за тобой.

Леве нахохлился, ожидая возражений. К его удивлению, Данте лишь кивнул в знак согласия.

— Вампиры могут быть начеку. Малейший промах — и тебя убьют.

Расправляя крылья, Леве невесело рассмеялся:

— Погляди на меня.

Снова кивок.

— Я соберу клан. Когда вернешься, мы будем готовы.

— Приготовь побольше всяких больших и острых штуковин.

Взмахнув крыльями, Леве снова поднялся в воздух. Вперед, по следу Шей.

— Желаю удачи, друг мой, — окликнул его по-французски Данте.

Леве позволил себе слабую улыбку. Вампир, который знает французский, не совсем безнадежен.

Глава 19

Шей выбралась из люка.

"Она совсем окоченела от холода, испачкалась в вонючей грязи и вдобавок была полуголая. Как и предвидела; зато, как ни странно, она не чувствовала за собой погони. «А что тут странного?» — думала она мрачно, дрожа на холодном ночном воздухе.

Задержавшись на миг, чтобы убедиться — на улице нет ни вампиров, ни троллей, ни адских гончих, Шей скользнула в тень. Надо отыскать путь к огромному дому Данте. Ей нужна помощь, и как можно быстрее.

Не успела Шей как следует подумать об этом, как в нос ударил знакомый запах.

Леве!

Слава Богу!

Она перебежала улицу и нырнула в тень подъезда. Вдоль стены зигзагом шла лестница, совсем ржавая и раскачивалась, как пьяный матрос, но Шей было все равно. Она проворно карабкалась по ступенькам и вскоре благополучно выбралась на плоскую крышу.

Горгулья сидел на карнизе, но при звуке ее шагов резко обернулся, готовясь швырнуть ей в лицо заклинание.

— Леве, не надо! Это я, — поспешно прошептала она.

— Шей?

— Да.

— Святая Богоматерь! У меня чуть не случился сердечный приступ, — выдохнул Леве, торопливо ковыляя к ней. Не дойдя нескольких шагов, он вдруг остановился, наморщив нос от отвращения. — Что за вонь? И где твой свитер? Неужели ты…

Шей нетерпеливо перебила:

— Тихо. Где Данте?

— Ушел созывать свою кавалерию.