В конце они оба умрут

Спорю на что угодно: Матео не умеет как следует сжимать кулаки и ни разу не проявлял жестокости, даже в детском возрасте, когда нам прощают и списывают со счетов много всякой фигни, мы же еще такие маленькие…

Рассказать ему о Пеке точно не получится. Эту историю я сегодня унесу с собой в могилу.

– К кому пойдем сначала?

– К папе. Можем сесть на метро. – Матео машет рукой в сторону соседней станции. – Всего две остановки в сторону центра, но так куда безопаснее, чем пешком.

Это расстояние я преодолел бы на велике за пять минут, и меня подмывает так и сделать и просто подождать Матео у выхода из метро, но интуиция подсказывает, что он меня кинет и я буду там шататься в одиночестве.

– Все хорошо, – говорю я. – Горизонт чист.

Матео плетется сзади, все еще недоверчиво оглядывая пустой коридор, который ведет к турникетам.

– Интересно, сколько еще Обреченных сейчас тусуются с незнакомцами. Многих наверняка уже нет в живых. Авария на дороге, пожар, бандитская пуля, падение в канализационный люк или… – Он останавливается. Этот парень определенно умеет нарисовать трагичную картину. – Что, если они уже были на пути к кому-то близкому, а потом раз… – Матео хлопает в ладоши.

Мы подходим к автомату по продаже проездных.

– Ага. Несправедливо. Мне кажется, без разницы, кто с тобой рядом, когда ты умираешь. Спутник все равно не поможет тебе остаться в живых, если ты под прицелом у Отдела Смерти. – Наверное, нельзя говорить такое Последнему другу, но это ведь правда. И все же я чувствую себя немного виноватым, потому что Матео замолкает.

"Обреченным положены некоторые бонусы, например неограниченный бесплатный проезд в метро. Нужно только озаботиться и показать кассиру какую-то форму. Но «неограниченность» поездок – это полное дерьмо, потому что срок действия карточки все равно иссякает в конце Последнего дня. Несколько недель назад мы с плутонцами сказали кассиру, что умираем, чтобы бесплатно доехать до парка аттракционов на Кони-Айленде, надеясь, что он сделает поблажку и пропустит нас.