В конце они оба умрут

И ты соглашалась снова и снова, пускай и прекрасно знала, что она прятала шоколад от своих детей, когда была моложе, такая уж она сладкоежка. – Я кладу ладонь на надгробие и представляю, что держу мамину руку в своей, хотя никогда по-настоящему не смогу этого сделать. – Мам, а у меня получится найти любовь там, наверху? Ведь здесь на земле мне это так и не удалось.

Мама не отвечает. Меня не охватывает необъяснимое тепло, в ветерке не слышится голос. Но ничего. Скоро я и сам все узнаю.

– Прошу, позаботься обо мне сегодня, мам.

Встав, я поворачиваюсь к своей могиле, которая пока не больше метра глубиной и выкопана неравномерно. Я залезаю в нее и сажусь, прислонившись спиной к той стенке, которую еще не закончил могильщик. На колени я кладу свое игрушечное убежище и теперь, наверное, выгляжу как ребенок, который играет в парке с конструктором.

– К тебе можно? – спрашивает Руфус.

– Здесь место только для одного. Иди найди свою могилу.

Руфус все равно залезает в яму, отпихивает мои ноги и втискивается рядом со мной, положив одну ногу на мою, так чтобы мы оба уместились.

– У меня могилы не будет. Меня кремируют, как и всю мою семью.

– А их прах до сих пор хранится у тебя? Мы могли бы где-нибудь его развеять. Раздел «Прощание с прахом» на «Обратном отсчете» на самом деле очень популярен и…

– Мы с плутонцами об этом позаботились еще месяц назад, – прерывает меня Руфус.

– Где? Возле Плутона?

– В парке Алтеа, – говорит Руфус.

– Люблю этот парк, – замечаю я.

– Откуда ты о нем знаешь?"

"– Часто туда ходил, когда был еще ребенком. Всегда с отцом. Он рассказывал мне про разные виды облаков, а я выкрикивал, какие облака вижу в небе, когда качался на качелях и взмывал вверх. А почему тебе там так нравится?

– Даже не знаю. Я часто волей случая оказывался именно там. Именно там впервые поцеловал одну девчонку, Кэти. Туда пошел, когда погибла моя семья. Туда же – после своего первого веломарафона.