В объятиях страсти

 – Вы как, будете допивать кофе или сразу двинетесь к нему?

Трейгер нетерпеливо закидал грязью костер.

– Показывай дорогу.

Трейгер издалека увидел брата, с понурым видом си­девшего на земле. Что-то определенно случилось. Не тре­бовалось большого ума, чтобы догадаться: дело в Сирене.

Трейгер подошел к Роджеру, выждал мгновение, пока тот осмелился поднять на него глаза, и требовательно спросил:

– Итак, где она?

Роджер выдавил слабую улыбку.

– И это единственное приветствие, на которое ты спо­собен, старший брат? Мог бы поинтересоваться, каково мне пришлось во время сражения.

Терпение Трейгера лопнуло, глаза холодно сверкнули, как закаленная сталь.

– Тебе отлично известно, в какое раздражение я при­хожу, если не высплюсь. За последние несколько дней мы с конем так сроднились, что превратились в сиамских близ­нецов, поэтому мне совсем не улыбается обследовать окре­стности вдоль и поперек, чтобы узнать, куда ты дел Сирену. Я должен немедленно с ней поговорить. Так где моя жена, черт возьми?

Трейгер постепенно повышал голос и под конец почти кричал.

– Проклятие, ты мне скажешь, что сделал с этой ма­ленькой злючкой?

Роджер встал и сурово посмотрел на брата.

– Сирена сражалась с нами в траншеях, а потом не успел я опомниться, как конь унес ее со скоростью смерча.

Трейгер свирепо зарычал и занес руку, но Эган вкли­нился между ними, дав Роджеру возможность отскочить и продолжить объяснение.

– Я собирался последовать за Сиреной, но генерал приказал заняться поисками подходящего места для разме­щения наших отрядов. Задержать ее в этом хаосе было просто невозможно.

Трейгер вырвался из хватки Эгана и закричал брату прямо в лицо:

– И ты позволил ей ускакать в такую грозу? Сирена же ее до смерти боится!

Он продолжал что-то невнятно бормотать, сжимая и разжимая кулаки, борясь с желанием врезать Роджеру по физиономии, потому что готов был ударить кого угодно, лишь бы успокоить свой страх и досаду.

Роджер с изумлением уставился на разбушевавшегося Трейгера.

– Сирена сражалась как опытный пехотинец под при­цельным огнем британцев, а ее муж переживает, что она попала в грозу? Видно, ты так долго находился под дож­дем, что мозги у тебя порядком заржавели, – насмешливо фыркнул он.

– Под прицельным огнем, говоришь? О чем ты толь­ко думал? Если у кого голова не в порядке, так это у моего братца.