В глухих лесах

«Все чисто!» — удовлетворенно подумал он и, бросив последний оценивающий взгляд на поляну, повернулся и пошел к машине.

Вдруг он неожиданно остановился, охваченный странным чувством, и понял, что в этот раз не испытал того наслаждения, которое возникало у него всегда, — не было ощущения радости и удовлетворения! Он вдруг захотел, чтобы она снова посмотрела на него! Прямо сейчас! Не откладывая! Неодолимая сила потянула его назад!

Глава 30"

"Едва открыв дверь, она услышала, как зазвонил телефон. Кэрол прошла в спальню и села на постель.

Она сидела неподвижно, ждала, когда, наконец, смолкнет дребезжащая трель. Почему-то была уверена, что это Пол Миллер. Она не хотела слышать его голос — опять будет извиняться, говорить, что любит или нашел новые улики против Фрэнка. Она так и не смогла побороть в себе ту неловкость, которая возникла после их близости. Она поверила ему так глубоко и полно, что не смогла устоять перед искушением…

Может, все эти женщины тоже поддались обаянию человека, который потом убивал их?

О господи! Ей и так тяжело, столько неприятностей и огорчений — отец, Томми, Марго — теперь еще эти убийства.

«Господи! Помоги мне забыть обо всем!»

Кэрол попробовала сосредоточиться на чем-нибудь приятном. Ни о чем не нужно жалеть, как сказал папа.

И как это он назвал Томми? Ах, да! Он сказал, что Томми был просто замечательным ребенком…

Воспоминания отца навевали на нее картины ее собственного детства. Она встала и прошла в кладовку. Сняла с верхней полки коробку, в которой хранила старые фотографии, потом долго сидела на балконе, задумчиво листая семейный альбом.

Вот они с Томми в саду. Сколько им? По семь-восемь? А на этой фотографии они в Кони-Айленде у дяди Калли; Томми сидит у него на плечах! Мама и папа на свадьбе поднимают бокалы с шампанским.

Как это говорил отец?.. «Это было что-то особенное, не как у всех!»

Кэрол вдруг сообразила, что говорит вслух. Боже! Кошмар продолжается! А она так хотела отдохнуть, расслабиться.

«…будет лучше для нее, для меня и Калли тоже…»

Кэрол хотела понять слова отца, но ничего не получалось.

Она снова сложила фотографии в коробку и изо всей силы швырнула ее на место, роняя фотографии по всему полу, казалось, так она хотела освободить хоть прошлое от тайн и загадок.

Резкий дребезжащий звук подобно взрыву бомбы разорвал тишину, нарушив мирный покой ночи. Кэрол сонно оторвала голову от подушки. На светящемся циферблате часов — два сорок. Она села на краешек кровати, свесив ноги, и потянулась за халатом.