Узы крови

Взглянув ей в лицо, он спросил:

– Ты злишься на меня?

Он был прав. Но злилась она не на него, а на себя. Она сама продиктовала ему правила игры, а теперь злилась из-за того, что Рис неукоснительно их соблюдал. Но не это было главным. Главным было то, что она не знала, что он сам чувствует по этому поводу. Выполнял ли он ее условия потому, что был просто честным человеком, или потому, что она была ему безразлична. Она должна выяснить это во что бы то ни стало."

"– Не обижайся на этих людей, – сказал Рис. – Это наши коллеги по бизнесу, и так или иначе они могут нам пригодиться.

Значит, он догадывался о ее чувствах. Она ощущала на себе его руки и его тело рядом со своим. И подумала: «А ведь как хорошо!» В Рисе все было привлекательным для нее. Они были созданы друг для друга. В этом она была абсолютно уверена. Но знал ли он, как страстно она желала его? Она была слишком гордой, чтобы признаться ему в этом. Но что-то же он должен чувствовать! Она закрыла глаза и крепко прижалась к нему. Время остановилось, и в этом волшебном безвременье они были одни, и только мягко звучала музыка.

Ей бы хотелось, чтобы она никогда не кончалась. Напряжение ее спало, и она полностью отдалась во власть его рук и тела, и вскоре бедрами ощутила его мужскую потребность. Она открыла глаза и снизу вверх взглянула на него и в его глазах прочла то, чего там раньше никогда не было: сильное, нетерпеливое и страстное желание, зеркальное отражение ее собственного желания.

Когда он заговорил, голос его прерывался от внутреннего напряжения.

– Давай вернемся в гостиницу, – сказал он.

Она же вообще не могла извлечь из горла ни звука. Когда он помог ей набросить на плечи накидку, его пальцы обожгли ей кожу. В лимузине они далеко отсели друг от друга, боясь даже малейшего прикосновения. Элизабет чувствовала, что тоже вся горит. Ей казалось, что они никогда не доберутся до своего номера. Ждать больше не было никаких сил. Не успела за ними закрыться дверь, как они тотчас оказались в объятиях друг друга, снедаемые диким, необузданным желанием, как вихрь подхватившим их души и бросившим их навстречу друг другу.

Он поднял ее на руки и отнес в спальню. Они едва успели сорвать с себя одежду. «Мы словно маленькие, нетерпеливые дети», – мелькнуло в голове у Элизабет, и ей было невдомек, почему Рис так долго боялся к ней подступиться. Но теперь это уже было не важно. Главное, что они ощущают тела друг друга, и это ощущение дарит им томительную сладость.