Узник ночи

Может быть, раньше именно сюда люди посылали своих незамужних тетушек, когда те уже были не в состоянии крутить романы в течение еще одного курортного сезона…

Что это, черт возьми, был за гул?

Дюран высунул голову.

— Здесь что-то не так.

— Да неужели? — пробормотала она себе под нос.

Он втащил ее внутрь, и она ахнула, чуть не выпрыгнув обратно в коридор. Вся комната, двенадцать на шесть метров, кишела мухами — нет, не мухами, это была моль. Тысячи бледнокрылых мотыльков, сталкиваясь друг с другом, порхали в воздухе, словно одна большая завеса.

Смахнув их с лица, она почувствовала ужасную вонь, похожую на стоячий, влажный, гниющий запах ила в русле реки в конце августа.

Она снова отмахнулась, хотя это было бесполезно. Их было слишком много…

— Это прачечная? — сказала она.

— Раньше была.

Вдоль одной стены располагались промышленные стиральные и сушильные машины. Вдоль другой — стойки и стойки… целый универмаг стоек… на них висели сотни темно-бордовых шерстяных мантий в разной степени разложения.

Это была целая экосистема, результат того, что когда-то две или три бабочки попали сюда, после чего было организовано хозяйство, которое воспроизводило себя раз за разом, и так триллион раз подряд.

Дюран подошел и вытащил из ряда мантию. Шерсть рассыпалась трухой у него в руках.

— Это плохо. — Он сбросил остатки на пол.

Амари почувствовала, как рука холодная рука смерти сжимает ее затылок.

— Думаешь, нам это понадобится?

***

Когда Дюран вышел в коридор и придержал дверь для Амари, мотыльки вылетели как клубы дыма из горящей комнаты и рассыпались в разные стороны. Ему почти захотелось загнать их обратно, чтобы они не отделялись от своих."

"Он кивнул, и они с Амари двинулись обратно, прижимаясь к одной из стен изогнутого коридора и держа оружие наизготовку.

Он боролся с этой мыслью.

Сражался так, как должен был сражаться с защитниками Даавоса.