Узник ночи

Следующее, что она помнила, это то, что они были втиснуты в узкий проход и металлическая решетка закрылась за ними, в тот самый момент, когда охранники заполнили пространство из четырех коридоров, собравшись в свете факелов прямо перед скрытым проходом. Через отверстия в металлической сетке Амари пересчитала их. Десять. Может, пятнадцать.

Они жестикулировали, разрабатывая план.

Молодой охранник похлопал ее по плечу. Кивнул себе за спину. И зашаркал в том направлении.

Амари держала пистолет наготове и держалась позади него, протискиваясь сквозь тесный проход в камне, который напомнил ей о воздуховоде Дюрана.

Молодой охранник резко остановился. Они подошли к другой решетке, и Амари протиснулась вперед, чтобы посмотреть сквозь прорези в металле.

Это была темница, либо та, в которой был Дюран, либо другая, точно такая же, с решетками, вваренными в каменный пол и потолок, оббитая стальной сеткой, со стенами, с которых капала грунтовая вода, с костями на полу.

В центре лежал, свернувшись калачиком, голый мужчина.

— Алан…

Охранник закрыл ей рот рукой и покачал головой. Приложив указательный палец к губам, он прошипел что-то, а затем потянулся к решетке, двигая пальцами по ее краям, словно ища задвижку или замок.

Амари сделала то же самое, хотя понятия не имела, что именно ей нужно. Все это время она пыталась разглядеть, дышит ли ее брат, поднимается ли его грудь от дыхания? Он мертв? Его кожа была поразительно бледной, даже белой.

— Приведите его ко мне!

Голос Чэйлена. В стороне. Вне зоны поражения.

— Я сам убью его!

Прутья решетки начали подниматься, вошли стражники, схватили ее брата за руки и потащили прочь.

«Нет! — подумала она, прижимаясь к решетке. — Нет!»

Пока Чэйлен выкрикивал приказы, Алан очнулся в хватке охранников, его хрупкое тело дергалось, голова поднималась.

— Пожалуйста… — хрипло сказал он. — Не надо… Больше не надо… пожалуйста…

Амари оттолкнула рыжеволосого мужчину и заняла его место.

— Нет! — закричала она.

Ее брат начал кричать. И Амари увидела, что Чэйлен поднялся на ноги, пошел, шаркая ногами, с ножом в руке. Сквозь крошечные дырочки в решетке она видела оживший фильм ужасов: ее брат бился, его костлявое тело извивалось.