Чужая дочь (СИ)

Ровная и довольно широкая дорога  лентой вилась между горных гряд, то ныряя в небольшие ущелья, то карабкаясь  вверх.  И всюду, куда ни посмотри,  по склонам гор тянется лес из невиданных  деревьев.   Она даже представить не могла, что такие бывают - высокие, верхушек с земли не видать, толстые и жилистые, словно перевитые, стволы. И вместо листьев тёмно-зелёные иглы.  Лиственные деревья тоже встречались, но реже, чем эти, игольчатые, и выглядели они всё равно иначе, чем леса в Империи."

"Кони в очередной раз перешли с галопа на шаг,  преодолевая резкий подъём дороги, и через несколько минут всадники оказались на вершине горы.

Здесь, наверху, солнце уже вовсю позолотило вершины деревьев и раскрасило в алый цвет величественные вершины гор.  Но внизу, в потрясающе красивой долине,  день только-только начинался.

С восторгом и изумлением Теана наблюдала, как спускаются в долину, постепенно освещая её, солнечные лучи. Серебристой змеёй  блеснула река, тут и там из-под крон деревьев просвечивали крыши домов.

С ума сойти – город! Город среди леса! Или это лес среди домов?? Как необычно!

Теана подумала, что если бы не причина, заставившая её сюда приехать, и не туманное будущее, то она была бы рада тут жить.

Солнце  ещё поднялось,  заливая долину светом, и девушка снова не удержала вздоха - всё-таки  какой потрясающий вид! В Империи нет гор, а в Справочнике по Стране дэвсов написано, что  государство расположено в мрачных и диких местах.

Лес, горы, река, город – и над всем этим возвышается величественный розовый замок! Словно плывёт над долиной…

Надо же – розовый!

В этот момент Ингвар решил, что дал баад достаточно времени, чтобы рассмотреть панораму долины,   и пришпорил коня.

Спуск оказался менее удобным, чем подъём.  Теана так и норовила сползти  на лошадиную шею, поэтому Ингвару пришлось обхватить её рукой поперёк тела и крепко держать, почти впечатав в свою грудь.

Это здорово отвлекало, поэтому  красоты природы отошли на второй план. Или на третий?

Горячая рука мужчины, уверенно лежащая поперёк живота, и щекочущее шею дыхание дэвса  не давали думать ни о чём другом.