Условия контракта (СИ)

Он тоже плачет.

Проходит минут сорок, прежде чем я поднимаюсь и оттряхиваю брюки от травы и земли.

— Вот теперь к поместью Греев, Джейсон. Пора им узнать, что мы живы.

Несколько дней ранее

Мне очень холодно. Болит голова и все тело вместе взятое. Очень першит в горле и хочется пить. Я хриплю что-то непонятное, но никаких звуков не слышу.

Вокруг непроглядная темнота и я не знаю, где нахожусь. Тут пахнет сыростью и плесенью.

Что-то зашуршало в углу, и я резко дернулась в сторону, но ударилась о металлическую трубу.

Поднимаюсь на колени, но боль в голове не дает мне этого сделать, и я заваливаюсь обратно на матрац. Или что-то вроде того.

Почему я здесь? Или это ад? Я отчетливо помню, что похоронила мужа. Кристиан! Нет! Ох, от этих воспоминаний голова стала раскалываться еще сильнее, и я закрываю глаза. Лишь на мгновение, на несколько секундочек.

Просыпаюсь от щемящей боли в руке. Я знаю это чувство — чувство того, как игла медленно погружается под кожу и впрыскивает прозрачную жидкость, которая разносится кровью во все уголочки организма.

Приоткрываю глаза и смотрю на мужчину, который проделывает какие-то движения возле меня. Кто он? Возможно, он скажет мне, где я и почему?

— Вы…- У меня не хватает силы, чтобы вымолвить слова и я начинаю хватать ртом воздух, как выброшенная на сушу рыба. — Пить… — с трудом хриплю.

— Сейчас попьешь. Не дергайся. — Он резко поворачивается ко мне, и я смотрю на его лицо, которое полностью изуродовано ужасными шрамами.

Жду, когда он открутит крышку бутылки и протянет ее к моему рту — руки же мои крепко привязаны к специальным поручням по краям кровати.

— Много не пей. Сейчас лекарство подействует, и ты поспишь.

Киваю и закрываю глаза, проваливаясь в темноту.

Просыпаюсь будто кто-то вытолкнул меня из сна, но мне даже не снилось ничего. Тело горит и одновременно мне холодно. Я трясусь, как лист на ветру и скручиваюсь в маленький комочек, подрагивая всем телом.

Как мои детки? Почему я здесь? Как вообще я тут оказалась? Я же ехала на пляж, потом резко остановилась возле обрыва и просто плакала по Кристиану, крича в небо, а потом ничего. Не помню совершенно ничего.

В таких мыслях о покинутой семье, о любимом муже и проходит мой день, или сейчас ночь? Я не знаю, тут нет окна.

— Миссис Грей, — мужской голос. Тот же, что и тогда я слышала. Прокуренный и хриплый.