Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

А потом ткнуло пальцем в обуглившиеся останки, быстро превращающиеся в кучку пепла, и спросило:

«Неужели ЭТО настолько важно? Важнее того, чтобы провести жизнь вот в этих объятиях, чувствуя, как бьётся его сердце, как сильные руки берегут и лелеют тебя, как эти прекрасные бирюзовые глаза смотрят тебе прямо в душу? Неужели ты откажешься от всего этого из-за каких-то цифр?»

«Нет!» – едва не взвыла я вслух! Господи, да что это со мной! Ну, разве можно так реагировать? Разве от того, что я теперь знаю точный возраст Гейба, он стал другим? Разве я уже больше не чувствую эту невероятную связь между нами? Нет и нет, на все вопросы!

Мне стало жутко стыдно! Это ж надо было так расклеиться, и из-за чего?! Гейб же не виноват, что родился во время совсем другой эры! Так нельзя!

Я развернулась, обняла его руками за шею и жарко зашептала в ухо:

– Прости, прости! Я такая дура!

– Ты совсем не дура.

– Правда? Это хорошо. А то мне стало так стыдно за мою истерику.

– Истерику? – расхохотался Стивен. – Да ты не знаешь, что такое настоящая истерика. Ты была спокойна, как удав. Да и оклемалась просто моментально.

Я смущённо улыбнулась, и через плечо Гейба посмотрела на тех мужчин, что бежали вслед за ним. Я увидела только добрые, ободряющие улыбки, кое-кто даже подмигнул мне. Видимо, это правда. Моя истерика показалась таковой только мне одной. Можно выдохнуть и расслабиться.

Я опустила голову на плечо Гейба, внимательно рассматривая его точёный профиль. Наконец он не выдержал и повернулся ко мне.

– Что?

– Тебе правда три тысячи лет?

Гейб внимательно вгляделся в моё лицо, и, видимо, его удовлетворило увиденное, потому что он расплылся в лукавой улыбке и усмехнулся.

– Даже немного больше. Тебе назвать точную цифру?

– Не обязательно, – помотала я головой. – А ты мне расскажешь?

– О чём?

– Обо всём! Как раньше жили? Что ты видел? В каких исторических событиях ты участвовал? А в крестовых походах ты бывал? А Вильгельма видел? А Колумба? А Иисуса? Он правда ходил по воде? А Моисей на самом деле раздвинул Красное море? А.

– Стоп-стоп-стоп! Боюсь, что с этими вопросами – не ко мне. Я почти нигде не бывал. И от сражений держался подальше. И от всяких прочих событий. Всё, что я видел – это лишь близлежащие окрестности нашего поместья. В отличие от моего отца, я никуда не ездил.