Уравнение с тремя неизвестными

Иван Хохлов оказался немолодым и чуть суетливым мужчиной за шестьдесят. Лицо у него было какое-то испуганное. Зайдя в кафе, он начал нервно озираться и даже подпрыгнул, когда Бекетов окликнул его по имени.

– Иван Федорович…

Хохлов медленно и как-то обреченно подошел к их столику.

– Это вы мне звонили? Откуда вы меня знаете? Вы следили за мной?

– Я следователь, ведущий расследование убийства гражданина Киреева. Поэтому пробил по своим источникам и знаю, как вы выглядите.

– А звонил вам я, – сказал Дорошин. Я друг Эдуарда Киреева.

– Так как же не бояться, если друга вашего убили? – нервно уточнил Хохлов. – Я вот совсем не удивлен. Знал, что так и будет. Оно предупреждало, что будет убивать.

Уже второй раз упоминалось какое-то загадочное «оно». Лена смотрела во все глаза.

– «Оно», простите, это кто?

– Так привидение, – деловито сообщил мужичок, и Лена чуть не упала со стула. – Ну или, если хотите, он. Дух.

– Чей дух?

– Знамо чей.

– А к вам дом как попал? – полюбопытствовал Дорошин. – Вы этому Никанорову какой-то родственник?

– Не ему. Его младшей сестре, Натальей ее звали. У самого-то художника детей не было. Когда он помер, в доме его жена осталась, но в завещании четко было прописано, что она его ни продать, ни завещать не может, а после ее смерти и дом, и все, что в нем находится, переходит по наследству внуку его сестры Натальи Никаноровой, в замужестве Хохловой.

– Сразу переехали?

– Ну да. Сразу. Как отец в права наследства вступил. До этого опасался. Никаноров-то птицей высокого полета был. Неприятности никому не нужны. Ну а уж как все документы оформили, так и перебрались.

– Правильно ли я понимаю, что вы жили в доме на улице Левитана с 1968 года до тех пор, пока полтора года назад не продали его?

– Совершенно точно.

– И все это время привидение грозилось вас убить?

– Нет. – Мужичок так отчаянно замотал головой, что Лена испугалась, что она у него сейчас оторвется. – Привидение никогда нас не беспокоило. Мы спокойно жили. Дом ветшал, конечно. Денег мы особо не имели. Мы-то люди простые.