Укрощение строптивых. Книга 1

– Ну почему же бледный? – ответил магистр, – я вот надеюсь, что моя утром при воспоминании обо мне будет иметь милый красный оттенок.

ГЛАВА 21

Утро следующего дня выдалось неожиданно бурным. Меня разбудил душераздирающий крик, который исходил из ванной комнаты, а орала там, как ненормальная, Рэн. Я мигом соскочила с кровати и только решила рвануть к двери и проверить, что так её напугало, как оттуда выскочила перепуганная, бледная, как сама смерь, возмутительница спокойствия.

– Это не сон! Тьма первородная! Слышите, это не сон!! – срывающимся от ужаса голосом, как заведённая, твердила она, при этом бегая по комнате и заламывая руки, затем резко села на свою кровать, закрыла лицо руками и собралась в прямом смысле слова рыдать.

– Рэн, ну-ка прекрати истерику, говори, что стряслось! – строго спросила у неё, наливая в стакан воды и протягивая его ей. Та взяла предложенную мною жидкость трясущими от волнения руками, выпила, глубоко вздохнула и начала рассказ:

– Мне сегодня приснился очень странный сон, где мы вместе с вами сидели в этой комнате и обсуждали наших мужчин, и эти бесчестные гады при этом присутствовали.

"– И записывали в тетрадь их достоинства и недостатки? – ужасаясь только от одной мысли, что то, что я видела сегодня во сне, было на самом деле. Не медля ни минуты, я быстро направилась к столу проверить наши тетради, в которых мы записывали качества наших мужчин. Посмотрела в них, и мне сразу стало нехорошо, так как Рэн оказалась права – это был не сон. Тут я услышала, как Вел рванула на полной скорости в ванную.

– Рэн, милая, и что тебя так расстроило? Ну подумаешь, не сон, зато поцеловалась да и проверила его, тебя же всё устроило? – приобнимая её, спросила я, направляясь в сторону ванны, где всё ещё ругалась наша подруга по несчастью.

– Какой, устроило?! – воскликнула она, – и как мне, скажи, не расстраиваться, – начала сокрушаться она, – я-то надеялась, что только во сне он неумёхой оказался, а тут такое…

– Что, всё так плохо? – с сочувствием посмотрела на неё, с трудом сдерживая рвущийся наружу ржач и стараясь сохранить соответствующее случаю лицо.