Черный король

— Что мешает ему взять еще жену? — спросила она, отпивая еще глоточек. — Зачем было рисковать и лезть к заведомо более сильному противнику.

— Всегда есть шанс. И потом, серебряная ведьма — это гарантированное потомство. Потому что так раскрывается ваша сила. А у остальных не так."

"Странно звучало. Хотела спросить, неужели у них так плохо с деторождением? Потом поняла, что задавать такой вопрос бездетной Тирсии было бы бестактностью.

— Но ведь у серебряных ведьм рождаются только дочери.

— Верно, и этим они еще ценнее.

Ника невольно передернулась от этих слов.

Короли могут умирать.

…Мое проклятие ты. Ты. Моя. Смерть.

Слезы стали наворачиваться на глаза, Она застыла, перекатывая серебряный стаканчик в пальцах. Обида стала душить снова.

…Ты еще сама придешь ко мне.

Вот! Она готова была прийти. А он…!

— Что ты? — услышала она негромкий голос Тирсии.

— Так. Ничего.

Старуха замерла, задумчиво глядя на нее, и сложила перед лицом руки.

— Я думала, вы поговорили с ним сегодня.

— Да, поговорили, — Ника встала и отошла к окну.

Поговорили, конечно! Ее ткнули носом как нашкодившего котенка. Ника не хотела, но ее вдруг прорвало от обиды.

— Я не понимаю его! Он…

Нет, гордость не позволила ей высказать все. Она и так сказала слишком много.

— Я не понимаю, чего он от меня хочет.

Тирсия вздохнула, отвела взгляд и откинулась на стуле.

— Не понимаешь? Это же так просто.

И замолчала, склонив голову набок.

Повисла пауза. Ника уставилась на нее, не в силах вымолвить ни слова. Опять загадки. Проклятые загадки! Когда же уже они начнут…

— Он хочет любви.

Как громом ударило, Ника невольно отшатнулась, закрыла рот рукой и отвернулась к окну.

— Мне больше ста лет, и я вдовела дважды, — негромко проговорила Тирсия. — А Дэймара я знаю уже почти двадцать лет.

— Что? — поразилась Ника.

— Да, он стал королем, когда ему было девятнадцать. Мне тогда было уже больше восьмидесяти. Он для меня как сын.

Старуха мягко улыбнулась и добавила уже совершенно другим тоном:

— Я все знаю о проклятии. Но даже один день счастья стоит…

Ника поразилась, в глазах Тирсии стояли слезы.