Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Сложность в том, что убийство произошло, когда поблизости находилось полдюжины людей, имевших причины желать устранения Уорренби, а теперь не способных предоставить алиби.

Хемингуэй повернул голову и напряженно вгляделся в его лицо."

"– Продолжайте! – потребовал он. – Это полезно!

Харботтл покраснел:

– Очень рад, шеф! Вы нечасто признаете мою правоту.

– Какая там правота! Вы в корне неправы, просто прочищаете мне мозги. Как только вы сказали, что убийство произошло, когда поблизости собралась целая стая недоброжелателей Уорренби, до меня дошло, что это не случайность.

– Хорошо, сэр! Продолжу! Пусть я в корне неправ, зато обнаружил в ваших словах ошибку. Такого плана быть не могло. По крайней мере, настолько четкого. Убийца не мог знать, что Уорренби окажется в саду именно в то время, ему просто повезло. Он, похоже, собирался проникнуть в дом или хотя бы в сад и произвести выстрел через окно кабинета. Если вспомнить, что он едва не попался Уорренби на глаза, то вам придется согласиться, что планом даже не пахло.

– Не останавливайтесь! Все проясняется с каждой минутой!

– Пока вы со мной согласны? – спросил Харботтл.

– Нет. Если соглашусь, то подниму руку.

– Нет смысла продолжать, сэр, раз вы не согласны ни с чем из того, что я говорю.

– Зачем сидеть и соглашаться друг с другом? Куда бы это нас привело?

– Сэр, если считать, что убийство подгадали под момент, когда все гости-теннисисты будут расходиться по домам, то нам придется признать, что преступник верил в свою удачу.

– Совершенно верно, Хорас! А вы, значит, думаете, что его подготовка – я имею в виду ружье – заключалась в надежде на случайную возможность выстрелить в Уорренби?

Инспектор помолчал.

– Если так повернуть, – медленно проговорил он, – тогда, конечно, нет. Но мои доводы остаются в силе!

– Да, – кивнул Хемингуэй. – Они разумны и делают вам честь.