Ты только попроси. Или дай мне уйти

Попрощавшись со всеми, натянув свою самую милую улыбку, выхожу вместе с Эриком из заведения, а когда мы открываем машину, говорю:

– Я хочу сесть за руль.

Эрик пристально на меня смотрит и отвечает:

– Любимая, ты устала. Позволь мне повести.

– Нет.

Мой отказ так категоричен, что он сдается и не возражает, и тогда я сажусь за руль. Я молча веду машину. Краем глаза наблюдаю за Эриком, который смотрит на меня и говорит:

– Малышка, мы поехали в это место только для того, чтобы немного выпить.

Я киваю. Но ничего не говорю.

Увидев мои нахмуренные брови, Эрик вздыхает. Он меня уже знает и понимает, что моя шпага сейчас обнажена. Наблюдаю, как он открывает бардачок, берет записанный мною CD-диск с музыкой и ставит его. Несколько мгновений спустя звучит наша песня «Черное и белое», которую поет Малу. Он пытается меня утихомирить. Но именно сейчас воссоединились мои гормоны и скверное настроение, и я – само воплощение зла.

Знаю, что было недостаточно причин, знаю, что будет

слишком много поводов,

С тобой, потому что ты убиваешь меня, и теперь без тебя я не живу.

Ты говоришь белое, я говорю – черное.

Я живу жизнью в цвете, а ты в черно-белой.

Он протягивает руку к моей голове. Ласково поглаживает меня по волосам и шепчет:

– Успокоилась?

Я не отвечаю. И мне вдруг вспоминается, что музыка усмиряет диких зверей, из-за чего я еще сильнее злюсь.

– Ты не собираешься мне отвечать?"

"Я молча управляю автомобилем, в то время как звучит голос Малу.

Эрик сдается. Он кивает, кладет голову на подголовник и слушает прекрасную песню. Когда она заканчивается, начинает звучать песня Рикардо Монтанера «Убеди меня»[39], и я слышу, что Эрик напевает ее, и вдруг на меня что-то находит. Выворачиваю руль вправо, останавливаю машину и говорю:

– Выходи из машины.

Эрик смотрит на меня. Я смотрю на него.

Я увеличиваю громкость.

Месяц, состоящий из пяти недель.

И год с четырьмя февралями.

Порождать августы на твоей коже.

С январской субботой.

И тогда мой немец улыбается, догадавшись, что это означает, и я улыбаюсь ему в ответ.

Но я – такая паршивая овца!

Он расстегивает ремень безопасности, открывает дверь, выходит из автомобиля и, когда он оказывается на улице, я тянусь, закрываю дверь и трогаюсь, словно фурия.

В зеркало заднего вида вижу, что Эрик застыл на месте от удивления. Он такого не ожидал.