Ты только попроси. Или дай мне уйти

 – Вызывающе посмотрев на него, я снова сажусь в кресло рядом с его кроватью и, доставая мобильный из сумочки, говорю: – Если хочешь, встань и вышвырни меня отсюда. А пока я останусь здесь.

Он смотрит… смотрит… и смотрит на меня.

Я смотрю… смотрю… и смотрю на него.

Испания против Германии, матч начинается!

Он понимает, что бессилен, а я не собираюсь уходить. Открывается дверь. Заходит Бьорн, подходит к кровати и говорит:

– Послушай, коллега, умираю – так хочется посмотреть на эти доказательства. Покажи их нам.

С неловким выражением лица Эрик указывает на ноутбук. Бьорн подает ему его. Эрик открывает его, что-то набирает на клавиатуре и, развернув компьютер, говорит приказным тоном:

– Я хочу, чтобы вы скрылись с моих глаз, как только просмотрите их.

Я быстро поднимаюсь.

Бьорн открывает видео. Я сразу же узнаю «Гуантанамеру». Мы с Бьорном разговариваем у бара, и слышно, как мы говорим:

– И если это не слишком личное, то какие тебе нравятся женщины?

– Такие, как ты. Умные, красивые, сексуальные, соблазнительные, естественные, сумасбродные, сбивающие с толку, и я обожаю, когда они меня удивляют.

– И это все я?

– Да, милая моя, ты именно такая!

Мы с Бьорном в шоке переглядываемся. Со стороны это действительно выглядит не так, как было на самом деле.

На следующем видео мы оба танцуем на танцполе, отрываясь по полной. Далее следует серия фотографий, где мы идем под руку по улице и сидим в ресторане, чокаемся бокалами с вином.

Не веря своим глазам, мы снова все пересматриваем. Эрик, глядя на все это, еще больше раздражается и спрашивает:

– Ну, что теперь? Кто из нас врет?

Меня пожирают злость, гнев и отчаяние.

– Какой же ты мудак!

Я так сильно хлопнула крышкой компьютера, что Эрик сгибается от боли в ноге. Он чертыхается и, глядя на меня, рычит:

– Не смей меня больше оскорблять, иначе…

– Иначе что, чертов упрямец? – Я в ярости швыряю ему в грудь свой мобильный телефон. – Иначе ты вышвырнешь меня из своей жизни? Знаешь что, красавчик, да пошел ты!

Бьорн смотрит на меня.

– Куда ты собралась?

– Подальше отсюда. Подальше от него… от…

– Джуд…

Я останавливаюсь. Что я делаю? Куда я иду?

Падаю в объятия Бьорна, который говорит:

– То, что мы увидели… Мы оба знаем, как это было на самом деле, и нас не в чем здесь обвинять.