Ты придёшь ко мне во сне (СИ)

Аура на нём тоже дракона, так что в вашей смерти обвинят несчастного Искрема, который пытался убрать нерадивую внучку с помощью своего доверенного слуги. Хотя, думаю, потом, в свете новых событий вашим делом никто особо заниматься не будет. Уж я об этом позабочусь.

Я закашлялась, падая на колени и продолжая сжимать горло. Слёзы брызнули из глаз, и я начала терять сознание. Как же это было страшно – умирать.

– За… что? – из последних сил прохрипела я.

– Вы здесь ни при чём, Леандра. Проблема в вашем муже, а вы его слабость и смерть.

Вот и признание. Получилось. Вздрогнув в последний раз, я умерла…

...Чтобы в ту же секунду открыть глаза в совершенно тёмном, замкнутом пространстве. Не отойдя полностью от шока собственной смерти, я вдруг подумала, что нахожусь в гробу, что меня похоронили заживо. И это было еще страшнее, чем гибель от смертоносного проклятия.

Задыхаясь от слёз и накатывающей паники, я из последних сил забарабанила в крышку своего гроба.

Который почти сразу открылся.

– Лея, – выдохнул Нейт, силком вытаскивая меня из огромного сундука, крепко обнимая и прижимая к себе. – Лея, дыши, милая. Дыши. Создатель, я не должен был соглашаться. Не должен был тебе позволять.

– Он, – прохрипела в ответ. – Он… хотел меня… убить.

– Всё хорошо. Арриго схвачен на месте преступления. Призрак поймал его. Теперь всё будет хорошо, – быстрые солёные поцелуи по моему лицу и щекам и виноватый шепот: – Прости, прости… прости.

На самом деле Нейт ни в чём не был виноват.

– Лея, началось, – прошептал он едва слышно, быстро обнимая и тут же отстраняясь, схватил за плечи и заглянул в глаза.

– Что началось? – еще до конца не проснувшись, я всё никак не могла понять, что именно муж имеет в виду.

Мне снился такой хороший сон, и было так тепло и уютно, что возвращаться в действительность не хотелось.

– Переворот.

– Как? – я недоверчиво на него уставилась.

– На кронпринца покушались этой ночью. И только специальный амулет, созданный твоим отцом и мной, не дал ему умереть от смертельно опасного проклятия.

– Он жив? – я села поудобнее, скидывая остатки сна и продолжая прижимать одеяло к груди.

– Жив, но об этом никому не известно. Все хранят молчание, но мы пустили слух о его гибели. Императрица заперлась в спальне и пытается изобразить рыдания. Император забаррикадировался в кабинете.