Ты мне (не) нужен

— Говорят, с твоим диагнозом излечиваются.

— Не сейчас, Дима, — прошу у него.

— Сейчас. К врачу другому сходи.

— Я не один, — ну почти не вру.

Друг молчит, видимо, переваривая информацию. За время, что мы общаемся я никогда не был с девушкой, а тут почти прямым текстом сказал.

— Красивая она?

— Очень.

— Но любишь ты Соню.

—Дима, — возмущаюсь и делаю беззвучный режим, чтобы он меня больше не беспокоил.

В тот момент поворачиваюсь к окну и вижу скорую помощь, внутри которой на кушетке сидит Соня. Я как-то не верил в судьбу, но что если это вот она.

Глава 37

— Ты так уверена, что ребенок мой? — недоумевает Рома, серьезно глядя на меня.

— В каком смысле ты…

Я замолкаю, сраженная наповал полученной информацией. Как-то резко доходит, что он все знает. О той ночи, что была между мной и Славой.

— Ты знаешь, — пораженно говорю.

— Да что тут скажешь. Всё предельно ясно, — Рома пожимает плечами.

Я же не знаю, с чего начать. Убеждать его, что все на самом деле не так или говорить, что по срокам ребенок мой. Все это неважно, потому что я вдруг осознаю, почему он ушел. Почему оставил меня и не возвращался, даже не звонил и не спрашивал, как мои дела. Рома не воспринял новость об отцовстве. Мы предохранялись, а у него информация про Славу, который, я уверена, в красках все ему рассказал.

— Ты знал, когда я…

— Знал.

Мы по-прежнему понимаем друг друга с полуслова, хотя надо признаться, оба сильно изменились. В воздухе витает недосказанность и недопонимание. Я больше не могу подойти к нему и обнять, как раньше, заплакать на его плече и быть уверенной, что он решит все проблемы. Я даже не могу подобрать слов, чтобы все объяснить ему. Начинаю с самого главного:

— Ребенок твой.

Он грустно усмехается, мотает головой. У меня сердце сжимается.

В середине моей тирады нас прерывают. Выходит медсестра, которая предупреждает, что мне нельзя здесь долго находиться и уж тем более разговаривать с кем-то на повышенных тонах. Мне напоминают, что я могу потерять ребенка, и это действует.