Ты и я (СИ)

— Потерпи ещё немного, не провоцируй, — целует запястье, останавливая этим моё бедное сердце.

— Я боюсь тебя потерять, — не понимаю, как из меня вылетает эта фраза. Совершенно не к месту. Но Макар улыбается.

— Это взаимно, Июш, — наклоняется, я замираю. В последний момент передумав треплет меня по волосам и встает.

В меня словно черти вселяются. Понимаю, совершенно не время. Но я хочу его прямо сейчас. Готова ногами по полу стучать от досады.

Опускаю голову и тру свои уши. Где моё привычное спокойствие? Всегда рядом с Макаром будет так разносить?

— Мам, можно на троллее спуститься? — Егор с надеждой заглядывает мне в глаза, сжав прижатые ладони к груди, — Там есть детский!

Несколько часов, как мы гуляем на берегу озера.

— Может лучше тарзанка? — страшно его отпускать, — Сыночек, не обижайся, — сажусь рядом с ним на корточки, пытаясь поймать опущенный взгляд.

— Там безопасно, — чуть — чуть и захлюпает носом.

— Иди ко мне, — обнимаю его, опираясь на одно колено.

— Я очень хочу, — отказывать, когда он просит в таких интонациях — смерти подобно. Премия «Худшая мать года» автоматически моею становится.

— Если разрешишь, я подстрахую, — поднимаю глаза на Макара. Как он тат тихо подходит, для меня загадка.

— Там совсем детки маленькие катаются. Я тоже хочу, — давит и давит, — Сама ты с парашютом прыгала, а мне ничего нельзя, — контрольный.

Поднимаюсь, отряхивая лавандовые брюки.

— Я старше тебя в тот момент была, и сама за себя ответственность несла.

— Так давай я тоже сам буду. Не заплачу, обещаю, что бы ни случилось, — последние слова лишние, это «что бы» даже притупленно представлять не хочу.

— Макар, проверь тросы, пожалуйста, — сглатываю.

— Обязательно, — усмехается. Так и вижу в его глазах «Ну и вьет же из тебя ребенок веревки».

— Можно? Да? Можно? — прыгает и смеется козленок. Увидев кивок, тут же несется в нужном направлении, зовя за собой Макара.

— Подожди нас тут. Мы скоро, — легонько касается моей щеки.

До того, пока Егор не появляется в зоне моей видимости, ругаю себя за беспечность и мягкодушие. Нельзя было разрешать, что же за тряпка такая. И только когда Егор подлетает и тут же целует, с восторгом рассказывая, как всё прошло круто, немного успокаиваюсь.

— Всё, теперь ты доволен? Готов ехать дальше? — уточняет Макар, Егор тут же кивает.