Ты думал, я не узнаю

В этом-то ультра-навороченном тракторе, на котором Апрельский приехал? Если только он не планирует снабдить роту голодных солдат.

— Не вопрос, — с готовностью откликается папа.

— Отлично. Спасибо. Подъезжайте ко мне к пяти.

— Понял. Буду у тебя в пять.

Они вновь жмут друг другу руки.

— Ничего, если я Варю с собой возьму? — вдруг выступает с инициативой папа. Я хочу его отдернуть, но это будет слишком очевидным жестом. — Не хочется ее одну оставлять. Заскучает.

Ей богу, со мной как с маленькой…

— Конечно, — Павел без промедлений дает добро, однако зрительно приценивается ко мне, словно пытаясь распробовать начинку, из которой я состою, и прикинуть, гожусь ли для их поездки.

— Тогда, Варвара, до встречи, — к какому бы заключению он ни пришел, демонстрирует мне доброжелательную улыбку, в которой, опять же, не чувствуется доподлинной искренности. Однако винить мужчину не в чем.

Осиротев, каждый родитель, выбравший ЖИЗНЬ, учится заново испытывать эмоции. Какие-то чувства дрессировать легче, а какие-то не приживаются в обезображенной болью душе.

Может показаться, что человек лукавит. Это не так. Просто мы — люди, с которыми судьба обошлась самым жесточайшим образом — кое-что чувствовать разучились насовсем. Поэтому приходится оттачивать навык игры, чтобы ничем не отличаться от окружающих, не оттолкнуть их своей неспособностью искренне транслировать эмоции. Транслировать то, что умерло. Я долго свыкалась с тяжестью на лице, тянущей мышцы вниз, к земле. Любая потуга изобразить эмоцию не венчалась успехом… Долгие месяцы. Выражаясь поверхностно, это похоже на неудачную пластику. Все стянуто, твердо. Пальпируешь, кривишься, но ничего не чувствуешь.

Апрельский садится в авто и уезжает.

— Что? — нервно сглатывает папа, с дискомфортом ощущая на себе мой пристальный взор.

Я со вздохом качаю головой.

— Что за поездка намечается?

Мы неспешно идем к дому, отряхиваемся на крыльце от снега.

— Пашка благотворительностью занимается, — папа открывает входную дверь и юркает в остывший дом следом за мной.

— Здорово.

— Да. Молодец. Сиротам помогает. Спонсирует фонды и государственные организации по нашей области. Когда приезжает, старается организовывать волонтерские дни и собирает народ. Случалось, люди из соседних регионов наведывались, усыновляли и удочеряли малышню. Сегодня поедем развозить провизию по детским домам.

Я неоднократно слышала от мужчин и женщин, переживших опустошающую утрату, о том, что надежнее всего помогает им держаться на плаву.