Ты думал, я не узнаю

"

"— Это, кстати, тебе, — протягиваю ей симпатичный мини-букетик с лютиками, разноцветными розочками и листьями эвкалипта.

— Мне?! — восторженно восклицает принцесса. Из ее сопрано молниеносно испаряется малейший намек на обиду. — Мамуля, смотри какие красивые цветочки!

Марго, изображавшая до этого момента оцепенелое изваяние, ощутимо расслабляется. Из ее движений пропадает скованность, когда она наклоняется через изголовье к Юле и вдыхает аромат цветов.

— Прелесть, — соглашается с дочкой и улыбчиво смотрит на меня с какой-то неизъяснимой благодарностью.

— Мама, а как называются вот эти цветочки?

— Ранункулюсы вроде.

— А он нравится? — киваю на молчаливого единорога.

— Да! Он классный. Большое спасибо, папуля! — Юля слегка отрывается спиной от подушек, раскрывая руки для объятий. Я подаюсь навстречу и приклеиваюсь, эгоистично упиваясь идущей от ее сердца теплотой и приветливостью к себе.

В груди больно жжет. Такая сволочь, как я, не заслуживает столь искренней любви. Но я теперь без нее, без этой любви, никто.

Я провожу в палате несколько часов, посвящая всего себя общению с дочерью. Помаленьку заряжаюсь ее неиссякаемой энергией, и в мою серую блеклость вновь возвращаются другие краски. Перед дневным сон-часом мы с Марго читаем Юле сказку и на цыпочках уходим в коридор, когда она засыпает.

— Спасибо, что привез вещи, — благодарит Марго.

— Ерунда. Говори, если еще что-нибудь понадобится.

Мы спускаемся к вендинговому аппарату в вестибюльной части здания. За кофе выстроилась небольшая очередь. Я замечаю исходящее от Марго колебание. Она переминается с ноги на ногу, пожевывает нижнюю губу и отводит взор, как только я обращаю свой на нее.

— Спрашивай, — разрешаю я.

— М? — делает вид, будто не понимает.

— Вижу, что хочешь меня о чем-то спросить. О Варе, да?

Опускает ресницы, микроскопически кивая.

— Вы помирились?

Черепашьим ползком мы продвигаемся ближе к аппарату.

— Нет. Она ушла от меня.

От удивления у Марго падает челюсть.

— Почему?! — девушка немного перегибает палку с вскрикиванием и тут же закрывает рот ладонью.

Я удерживаю на ней тягучий пристальный взгляд.

— О нет, — сбивчиво и напугано шепчет Маргарита. — Она… узнала?

— Узнала, — хрипло выдавливаю с тихим скрежетом.

Подобравшись к кофемашине, я обнаруживаю, что Марго осталась стоять на прежнем месте, уставившись выпученными глазами в одну точку.