Ты будешь наша

– Полина…

– С Романом Геннадьевичем беседы ведите, – сухо бросаю и, вырвав руку из его хватки, гордой походкой выхожу из здания ресторана.

Импульсивно и необдуманно, но вот такая у меня натура. Завтра вернусь и передам дела, работать я с ними не буду. Под таким напором и с такими правилами пусть сами «трудятся».

– «Усекла?» – кривлю голос, изображая Романа, пока иду к своей машине.

Тоже мне, босс нашёлся! Посмотрим ещё, как они справятся без меня. Ещё приползут и будут умолять вернуться на работу, а я и не собираюсь.

Запороть такую сделку, господи, каким же идиотом надо быть! Перед тем, как встать во главе, надо было навести справки, выяснить, что это за ресторан. И, может быть, он бы знал, что мы были одной ногой в пропасти, на грани разорения и, собственно, закрытия.

– Козёл! – продолжаю ругаться всю дорогу до дома.

Злость застилает глаза, и во дворе своей девятиэтажки я чуть не врезаюсь в клумбу с цветами. Заглушив мотор, несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, после чего хватаю свою сумку с пассажирского сиденья и выхожу на улицу.

– Полин, с тобой всё нормально? – раздаётся голос Алёны, моей соседки по лестничной площадке.

– Относительно, – вздыхаю и, нажав на пульт, блокирую автомобиль.

– Я из окна тебя заметила, ты как-то резко затормозила…

– И побежала на помощь, – заканчиваю за неё и улыбаюсь.

– Ну конечно! – восклицает соседка. – Что случилось? И не говори, что ничего, я прекрасно знаю это выражение лица.

– Проще спросить, чего не случилось, – отвечаю, заходя в подъезд.

– Поняла, беру белое сухое и иду к тебе, – серьёзным тоном проговаривает.

– Артёмка где? – интересуюсь у подруги.

– У мамы, завтра заберу, – отмахивается, когда мы заходим в лифт. – Как знала, что сегодня нам нужен свободный вечер, – усмехается Алёнка.

– Да уж, точно, – грустно улыбаюсь.

Через двадцать минут мы сидим с бутылкой вина на моей кухне, где я рассказываю, как прошёл мой день, начиная со столкновения у химчистки и заканчивая диалогом с Дмитрием у входа в ресторан.

– М-да, не повезло тебе, – проявляет сочувствие, но насмешливые нотки в её голосе трудно не заметить.

– Давай, и ты поиздевайся, – бурчу на неё.

– Прости, просто реально смешно и грустно, – сжав мою руку, она смотрит на меня. – Правда не вернёшься?

– Ни за что на свете! Пошли они лесом! – уверенно заявляю. – У меня кое-какие сбережения есть, пока не найду новую работу, на жизнь хватит.