Ты будешь моей

Не тогда, когда обрела счастье в лице Матвея, не тогда, когда он смотрел на меня полным восхищения взглядом.

Я могла подвести себя, но только не его. Столько лет я жила в собственноручно сплетенном коконе из боли и страданий, никого к себе не подпуская, ненавидя весь белый свет и желая умереть и наконец освободиться. Не той свободы я желала, неправильной. И только сейчас, рядом с ним, с Матвеем, я наконец чувствовала себя живой, освободившейся от оков, столько лет державших меня в своих тисках.

План на сегодня был прост — встать, опираясь на перекладину тренажера, с которым мне только предстояло начать работу.

Не сейчас, позже. И на котором мне в последствии придется учиться заново ходить, но видя мою нерешительность, физиотерапевт вдруг поменял решение.

— Планы меняются, Лара, - сообщил он, когда я уже готова была потерять сознание от скопившихся внутри переживаний, — опираться вы будете на руки Матвея Александровича. А вы в свою очередь будете служить для нее опорой, удержите? – перевел взгляд на Кирилла.

-Удержу, - не секунды не сомневаясь, коротко и уверенно. Он всегда такой, всегда уверен в успехе. Даже, когда кажется, что шансов нет. Он не сомневался, ни тогда в больнице, ни сейчас.

—Может не стоит? Давайте будем делать так, как было задумано.

—Нет, - отрезал Николай Иванович, — как я понял, Матвей Александрович — тот самый стимул, который был так нужен все то время, пока вы находились в центре. С переездом в этот дом ваше состояние значительно улучшилось, а потому я делаю вывод, что будет лучше, если опираться вы будете на него.

Ему вы доверяете, а железяке, — он кивнул в сторону тренажера, — нет.

Сложно было спорить с таким аргументом, Матвей действительно был тем самым стимулом, чтобы начать бороться, чтобы жить... С помощью физиотерапевта-садиста и опоры в виде сильных рук Матвей я наконец решилась. Сейчас или никогда. Было больно, невыносимо больно, но я терпела, скрипя зубами терпела.

Все мышцы в теле напряглись до предела, чувствовалась невероятна тяжесть, но я встала, черт побери встала, несмотря на боль, встала.

И это было так невероятно, так странно, чувствовать опору под ногами, и пусть, основная масса сейчас приходилась на руки, плевать, я стояла и хотелось визжать от нахлынувших эмоций. Стояла, глядя в глаза любимого и взгляда от него оторвать не могла.

—Думаю, на сегодня достаточно, — донесся голос Николая Ивановича. — Видите, Лара, все не так страшно, как казалось.