Ты будешь моей

Вечно занятой, всегда в делах. На кой хрен было хвататься за все подряд, чтобы потом не вылазить с работы.

Сколько раз я просил его остановиться, но он, казалось, решил заработать все деньги мира. Куда столько, мне было не понять. Я откладывал поездку сколько мог, но обеспокоенный голос Кира при разговоре вынудил меня взять билеты на самолет в тот же день.

По телефону брат говорить отказался. С тяжелой душой, скрипя зубами, я оставил Лару на попечение Анны и Натальи, пообещав вернуться, как можно скорее. Душа рвалась наружу, когда на глазах моей девочки выступили слезы.

Нет, она не просила остаться, не строила из себя жертву, просто не сумела сдержать эмоции."

"Питер встретил меня привычной погодой, промозглый ветер пробирался под рубашку, небо затянулось тучами, а на землю уже падали мелкие капли дождя, еще чуть-чуть и разойдется не на шутку. Лето на дворе, мать вашу. Сев в ожидавшую меня машину, выругался вслух. Меня раздражало абсолютно все: город этот, погода, даже запах в салоне машины, а больше все бесило то, что рядом не было ее.

Что вынужден был ее оставить.

Срал я на все эти подписи, я готов был отдать брат свою долю, лишь бы он меня не дергал. Ну не до бизнеса мне сейчас, блядь. Если бы не его обеспокоенный тон, ноги бы моей здесь не было. И не дай бог Кир мне сейчас заливать про подписи и документы начнет, я его убью, четвертую к чертовой матери.

У меня сейчас только одна забота — Лара и ее комфорт, все остальное побоку.

Когда мы наконец добрались до дома брата, я был вне себя от злости и негодования.

Хотелось рвать и метать. Рвать в первую очередь Кира. Вошел в подъезд, проигнорировав лифт поднялся на нужный мне этаж и зашел в квартиру, открыв дверь своим ключом. Громкий женский смех и тоненький голосочек его обладательницы, заставил меня улыбнуться. Лизка.

Разулся наскоро и прошел в кухню, из которой доносились голоса.

— Матвей, — запищала сестренка так, что у меня чуть перепонки не лопнули. Сестру я обожал, но был бы рад, если бы она хоть иногда убавляла громкость.

Это же ходячая сирена. — Привет, сладкий, — обезьянкой повисла у меня на шее, надавать бы по заднице, достала меня этим дебильным прозвищем, зараза мелкая.

— Ты здесь какими судьбами, чудо, — чмокнул сестру в лоб, а та сразу же опустила глаза, заставив меня напрячься.

— А ты себя спроси, — раздался недовольный голос брата, — ты, сука, какого хрена творишь, — у него словно тормоза сорвало.

— И тебе привет, не шуми, — оторвав от себя Лизку, переступил порог кухни.