Ты будешь моей

— Ты попросил, весьма необычно, надо заметить, — улыбнулась и провела ладошкой по поему плечу, а у меня дыхание сперло от такого простого касания. — Я знаю, что ты не причинишь мне вреда и в тот вечер ты просто сорвался, я поняла это на следующее утро. Сначала хотелось бежать отсюда сломя голову, а потом я поставила себя на твое место. У меня было время подумать, и я вдруг осознала, что за все время, проведенное рядом с тобой я не чувствовала себя неполноценной, больной.

— Чушь не говори, ты здоровая, ясно, здоровая, — обхватил пальцами ее подбородок, не позволяя отвести взгляд, — и что это за гиперактивность, Лар? Ты зачем себя перегружаешь во время тренировок?

— Я просто… — запнулась, не решаясь продолжить.

— Что просто?

— Я просто захотела показать тебе, что все это не зря, что ты не зря потратил столько средств, я не дура, Матвей, понимаю, что все это тебе стоило целого состояния.

— Дурочка моя, Лар, всему свое время, давай ты вернешься в прежни режим, хорошо? — улыбнулся ей. Идиот счастливый.

Поверить не мог, что  все это на самом деле происходило, все боялся, что проснусь сейчас в пустой кровати и пойму, что все это было сном. Снова бросил взгляд на стоявшие посреди спальни чемоданы.

— Я подумала, что раз теперь живу здесь, могу забрать свои вещи из съемной квартиры, но, если тебе это не нравится, я попрошу Макса отвезти их куда-нибудь. Прости, надо было сначала спросить, да? — она смотрела на меня испуганно, будто приговора ждала.

— Ты о чем вообще, мышонок,  — притянул ее к себе, прижался губами к виску и провел ими по нежной коже.

Как же она пахла, черт возьми, я готов был вдыхать этот аромат вечно. — Прости.

— За что?

— За это, — прошептал у ее губ и накрыл их своими.

Только не отталкивай меня, не бойся. Целовал ее целую вечность, так как давно хотелось, сплетая наши языки, ласкал свою девочку и молился, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Никогда поцелуи не приносили мне такого удовольствия и сложнее всего было держать себя в руках, не сорваться снова, просто целовать и не позволять себе идти дальше, потому что она не готова.

Целовал ее, а в мозгах фейерверки взрывались, в ушах звенело от удовольствия, от гребанного счастья, потому что несмотря ни на что она была здесь, в моих рука, целовала меня, прижималась ко мне.

Стук в дверь вырвал меня из сладкого плена. Выругался похлеще портового грузчика, я и думать забыл, что Демин все еще находился в доме. Свалил бы уже по-тихому.