Твоя (не) родная семья (СИ)

Давыдов хочет знать новый состав, чтобы рассчитать, кто будет против него, кто за. Заранее просчитывает голоса. Интересно, Кац ему зачем? Он не только не акционер, он вообще никакого отношения к этой компании не имеет с такой-то биографией.

Может быть, слухи, что ходили о Давыдове полгода назад, не так уж неправы?

Снова смс: «Сенька без тебя плачет». Отключить насовсем телефон я не могу из-за Давыдова, так что, призвав решимость, отправляю мужа в блок.

Изучаю соцсети сотрудников дальше и неожиданно натыкаюсь на фото Давыдова.

Это не его аккаунт. Юлия Разумовская. На фото привлекательная блондинка с красивым оттенком волос. У нее красивые, по последней моде, скулы и брови. На вид девушке лет двадцать пять, но я уже знаю, как обманчива внешность. Ей с таким же успехом может оказаться на десять лет больше. Великолепную фигуру подчеркивает брендовое платье.

Это не рабочие фото.

Ресторан, ночная яхта… Париж.

Значит, он нарушил одно из главных правил — никаких отношений на работе. А может Олег настолько уверен в себе, что для него правил не существует.

А мне показалось, он свободен. Что ж, значит, я ошиблась. Интересно, как Юля отнесется к тому, что свою личную помощницу Олег собирается поселить по соседству?

Звонок… На этот раз от юриста.

Я беру трубку:

— Мы подали иск. Дедушка Арсения решил бороться за совместную опеку.

— Я знаю.

Сын тети Аллы молчит, и я понимаю, к чему пауза. Сейчас скажет, что ничего не выгорит.

— Это не даст вам прав на ребенка.

Ну вот, я так и знала!

— Скажу вам больше, Камилла.

Чем больше вокруг ребенка шума, тем меньше шансов для вас. Я говорю не как специалист, как друг. Выждите годик, затем попытайтесь договориться. Когда страсти улягутся, все начнут рассуждать рационально.

Он прав. И мама права. Но я уже начала эту войну, теперь нет смысла останавливаться.

— Я знаю… — снова вздыхаю я. — Просто ничего не могу сделать, я люблю его. А что насчет развода?

— Общего имущества нет. Детей тоже. Считайте вопрос решенный.

Да, за годы брака я ничего не нажила, кроме проблем.

— Спасибо."

"Отключаю телефон, и сижу, глядя в стол. Массирую виски. Ни разговор с Давыдовым, ни манипуляции мужа не выбили меня из колеи, как это звонок. Есть в общении с врачами и юристами что-то обескураживающее, даже если знаешь, что все будет хорошо. А уж если не знаешь, то тем более.

— Пойдем, прогуляемся, — говорит мама. — Что дома сидеть. Ты уже зеленая за своим ноутбуком.

Послушно выбираюсь из-за стола, ощущая слабость и апатию. Мама права.