Твоя (не) родная семья (СИ)

Суд за опеку — дело небыстрое.

Возвращаюсь к столу. Мама уже нарезала шарлотку, мне стало спокойно.

— Все наладится, — говорит она. — Садись, пей чай… Ишь, трутень какой. Думает, может пальцы гнуть.

Мне лучше, но мысли так и крутятся вокруг Сеньки. Меня успокоила мамочка, а он совсем крошка и у него нет мамы. Его сегодня успокоить будет некому. А к страданиям малыша я не могу быть равнодушна. Эту дорогу придется идти через боль.

После чая ухожу к себе, все также не находя места. А скоро собираться в Москву.

Постепенно запал проходит, и становится грустно.

Телефон звонит поздно, около десяти. Мне нужно отвлечься, чтобы не думать ежеминутно, как там ребенок — вовремя ли его забрали, поел ли он, что спрашивал обо мне, плакал ли мой ребенок… И я не могу. Как может отвлечься материнское сердце? Так что звонок вовремя.

— Алло?

— Это Олег Давыдов. В понедельник можете не выходить.

У меня екает сердце и становится нечем дышать. Что? Меня уволили? Враги добрались? Все рухнуло?

— Почему?

— А вы не смотрите новости? — голос звучит насмешливо. — Я, Камилла, немного не в форме. Выйду через две-три недели.

— Что случилось? — улавливаю я подтекст.

Он не отвечает. Понятно. Это моя задача выяснить, если интересно.

— Давайте поработаем удаленно. Сейчас в Москве вам нечего делать, но скоро вы очень мне понадобитесь, я буду без вас, как без рук.

Я хватаю ручку и пишу на первом попавшимся листе. Это оборот маминого журнала. При словах о панихиде чуть не кашляю, но сдерживаюсь. Нельзя проявлять удивление.

— Вторая задача. Любыми путями, узнайте сколько акционеров и кто поименно будет присутствовать на заседании через три недели.

Понятия не имею, как это сделаю, но пишу.

— Третья. Подготовьте пресс-релиз о переносе заседания.

— Вы перечислите мне аванс?

— Раз уж мы начали, — он кладет трубку, оставляя меня в непонятках.

Видимо, так всегда будет."

"Список дел без пояснений, что с ним делать. Что ж, это моя работа. Меня хотя бы не уволили, как я решила сначала. Все идет по плану.

— Мам? Помнишь, я тебе ноутбук покупала? — я заглядываю в комнату. — Он еще у тебя? Дай, пожалуйста.