Твоя (не) любимая (СИ)

— А где он сам? — интересуюсь я, перебирая всех знакомых мне друзей Градова.

— Саня уехал отдыхать, — отвечает Матвей.

— Брагин? — удивляюсь еще сильнее.

— Да.

— Я думала, он уехал из столицы, — быстро произношу я, рассматривая двухэтажный особняк, около которого останавливается внедорожник.

— Уезжал, поднялся, вернулся обратно, — выдает Матвей, открывая дверь автомобилями. — Кстати, тачка его.

Я ничего не отвечаю, лишь отмечаю про себя, что Саша действительно чересчур быстро решил все свои трудности и проблемы, которых три года назад было немерено.

— Марго, можешь не волноваться. Саня чист, — прежде чем выйти из машины, Градов приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Как я могу верить тебе, Матвей? — тихо бормочу я.

Он обреченно вздыхает, но не отводит тяжелый взгляд карих глаз. Мой вопрос вполне закономерный, но Матвея он ставит в неоднозначное положение — мужчина будто хочет рассказать мне о чем-то важном, но тут же прикусывает язык.

— Просто попробуй, — просит он, а затем целует меня со всей нежностью и трепетом, на которые только этот человек способен.

Матвей проводит небольшую экскурсию на территории особняка. Помимо бассейна и зоны отдыха здесь имеются плодово-ягодные насаждения и пара теплиц, что вызывает у меня недоумение, правда, Градов, заметив мое замешательство, спешит разъяснить и этот момент.

— Это был его пункт.

— Поразительно, — не скрываю своей неоднозначной реакции. — Никогда бы не подумала.

— Да, осталось ему только достойную хозяйку подыскать, — усмехается Матвей, а затем уводит разговор в другое русло. — Ты можешь поплавать в бассейне, пока я буду заниматься мясом.

— Я вполне могу быть тебе полезной, — быстро отвечаю я. — Накрыть на стол, например.

— Я справлюсь, Марго, — улыбается мужчина, проводя по моему плечу кончиками пальцев, что усиливает мое влечение к нему.

— Отлично. Тогда выберу себе книгу и расположусь на шезлонге, — подмигиваю я. — Раз уж от помощи ты отказываешься.

— Тогда пойдем в дом, — вмиг потемневший взгляд Градова смещается на входную дверь.

От последней, совершенно обычной фразы ладони покрываются липким потом, а сердце начинает биться чаще.