Твоя (не) любимая (СИ)

– Если бы хотел, Матвей…

– Обстоятельства порой оказываются сильнее, – снова повторяет он, не убирая руки от моего лица.

– Ты мог объясниться со мной, – напряжение внутри меня растет в геометрической прогрессии. – Ты мог сказать, что у тебя есть трудности.

– Не мог, – отрезает он.

– Но ты просто решил вычеркнуть меня из своей жизни, – мой голос срывается на шепот. – Ты сказал, что я не нужна тебе. Ты сказал, что не любишь. И никогда не любил.

Я прячу взгляд и сосредоточенно рассматриваю свои ноги. Градов шумно втягивает носом воздух, а затем резко выдыхает.

– Ты должна была поверить в это, Марго, – он приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Хочешь сказать, это не было правдой? – в моем голосе слышится надежда.

– Нет, – отрицательно качает головой Матвей.

– Я не понимаю, – сбрасываю его руку. – Матвей, ты можешь перестать говорить загадками, и…

– Иначе тебя бы ждала участь моего отца, – мужчина резко обрывает меня.

Мгновенно замолкаю. Возразить нечего, но я должна это как-то переварить в своей голове. Получается, что Матвей в самом деле защитил меня, бросив три года назад? Но где гарантия, что сейчас он говорит правду, если тогда он солгал?

– Это не та тема, которую нужно обсуждать на лестничной площадке, Марго, – глухо произносит Градов.

– Входи, Матвей, – я отступаю назад, пропуская мужчину в свою квартиру.

Пока он закрывает за собой дверь, я скрываюсь в кухне. Достаю из шкафчика конфеты, а затем ныряю в холодильник, вынимая пирожные. Стол не должен пустовать, какими бы сытыми не были гости.

— Кофе? — уточняю на всякий случай. Вдруг Градов изменил своим привычкам.

— Да, спасибо, — он бесшумно входит в кухню, но я моментально ощущаю его присутствие рядом со мной.

По ощущениям кофемашина варит ароматный напиток уже полчаса — так долго тянется время в напряженном молчании с Матвеем. Я не оборачиваюсь, но остро ощущаю, как сканирующий взгляд Градова прожигает мою спину.

— Симпатичная квартира, — голос Градова в тишине звучит слишком громко.

— Мне тоже понравилась, — улыбаюсь.

— Снимаешь?

— Нет, моя, — пожимаю плечами.