Бронебойщик

Рем понюхал его содержимое, но после вчерашнего запахов не различал. Тогда он помочил в стакане палец и мазнул им по языку.

Да, это было горючее, в котором он так нуждался, и Рем проглотил его не задумываясь. Он собирался посидеть с закрытыми глазами, чтобы почувствовать действие лекарства, после чего можно было возвращаться к нормальной жизни, но в этот раз ему помешал стук в дверь.

Сначала осторожно-деликатный, через полминуты более настойчивый, а спустя пять минут на дверь обрушились всесокрушающая буря, ураганный шквал и град ударов вперемешку с ругательствами на двух языках.

— Э, ну ты чего, не можешь открыть, что ли? — прохрипел появившийся в дверях ванной Фред и, громко икнув, пошел открывать.

«Ничего в этих краях не делается как надо», — горестно подумал Рем, отстраненно глядя на кривлявшегося перед ним гостиничного владельца и понимая, что при таком шуме должной пользы от выпитого не будет.

— Чего? — спросил он, включая звук.

— Это я вас спрашиваю, во сколько у нас расчетный час, а? В двенадцать ноль-ноль! А сейчас десять минут второго! Если собираетесь продлять номер, надо звонить дежурному и сообщить об этом, если нет — платите за сутки и выметайтесь!

— Нет, продлять мы не будем, — заторможенно произнес Фред.

— Мы вообще-то должны были свинтить отсюда еще утром, — напомнил Рем, понемногу начавший соображать. — А ты, джентельмен, не ори и принеси пожрать, мы без завтрака из номера не выходим. Это наш принцип.

— Завтрак стоит пять лир! — отчеканил хозяин.

— Приличный? — уточнил Фред, лицо которого после вчерашнего было похоже на перезрелый баклажан.

— С кунжутным кремом, — произнес Рем и поморщился: его начинало тошнить.

— Вы назаказывали на целых восемь лир! — заметил хозяин.

— Неси, — махнул рукой Фред, и хозяин ушел. Такой расклад его вполне устраивал.

Тем временем, не найдя чем опохмелиться, Фред начал вытряхивать в стакан капли из всех бутылок, а из некоторых даже по два раза.

Принимая водные процедуры, Рем быстро приходил в себя. Он любил воду с детства — в реке, в озере, из-под крана, в супе и пиве. Но иногда воды в нем становилось слишком много, и тогда…"

"Вытершись полотенцем, он посмотрел в зеркало на свое порозовевшее лицо и улыбнулся.